Actions

Work Header

Лекарство от всех болезней.

Chapter Text

— Товарищ начальник, за что меня арестовали? — удрученно сгорбленный Ван Санъян подался к сидящему напротив Да Цину всем телом. Его вид целиком и полностью говорил об отчаянии и покорности судьбе. — Я ничего плохого не сделал. Я всю жизнь старался помогать людям. Я тщательно выплачиваю налоги — у меня все квитанции на руках!

Да Цин оглядел Вана со строгой сосредоточенностью. «Не дави на него. У нас нет никаких зацепок», — звучало последнее тревожное сообщение Чжао. — «Представь, что ты — Го: выкажи понимание и прочее в этом роде. Мы обязаны заставить его сотрудничать и сотрудничать добровольно.»

— Товарищ Ван, — начал Да Цин вкрадчиво, — сочтите это дружеским приглашением. Нам нужен ваш совет в крайне важном деле.

— Совет? Но я видел людей с оружием! Меня силком выволокли из лавки и вели под конвоем, как опасного преступника!

— Поверьте, те ребята прибыли строго для вашей безопасности, — соврал Да Цин доверительным тоном.

— Это подорвет мою репутацию, и покупателей совсем не останется, — пожаловался Ван Санъян плаксиво-безнадежным голосом. — Знаете, какая в моем деле беспощадная конкуренция?

— Мы сделаем все, чтобы этого не случилось. У нас есть друзья в прессе, для которых обернуть все в вашу пользу — сущий пустяк. Вы вернетесь отсюда героем, а не преступником. Это будет отличная реклама.

— Правда? — Ван взглянул на него со смесью надежды и сомнения.

— Слово хранителя правопорядка! — торжественно провозгласил Да Цин и добавил: — Но для этого вам необходимо ответить на несколько вопросов.

— А что случилось? — обещанная слава пополам с любопытством очень быстро разбудила в травнике подобострастное желание помогать.

«Неужели он ни о чем не подозревает?» — с сомнением подумал Чжао, наблюдавший за разговором со своего монитора. — «Либо же очень умело притворяется.»

Да Цин раскрыл перед Ван Санъяном папку, которую принес с собой. Торговец с интересом вгляделся в список имен рядом с фотографиями.

— Кого-нибудь узнаете? — внимательно за ним наблюдая, поинтересовался замначальника.

— Конечно. Часть этих людей — мои постоянные покупатели. С ними что-то произошло?

В голосе Вана слышалось тревожное удивление, которое одинаково могло быть и признаком осознания вины, и боязнью, что его, абсолютно ни к чему не причастного, пытаются связать с мутным расследованием.

— Будьте добры, укажите ваших постоянных клиентов, — попросил Да Цин.

— Ну-у, — задумчиво протянул Ван Санъян, разглядывая лица, — всех имен я не знаю. Некоторые — да. Вот, например, госпожа Йен Минчжу, — он кивнул на фото пожилой женщины, ныне обвиняемой в тройном убийстве, — заходит довольно часто. Обычно она берет травяной сбор для улучшения пищеварения.

— То есть, трудности с пищеварением — ее основная жалоба?

— Нет, она покупает травы для мужа.

— И это все? — уточнил Да Цин. О супруге этой женщины было известно лишь то, что он пал ее второй жертвой. Первой была соседка, с которой пожилая дама нередко спорила.

— Последнее время она жаловалась на усталость и апатию. Я посоветовал ей одно отличное средство. Она осталась очень довольна и приходила за ним еще несколько раз.

«Вот оно!» — Чжао нетерпеливо задвигался на своем стуле.

— Расскажите об этом средстве подробней. — Юн Лань видел, как сосредоточился Да Цин. Даже подался ближе, чтобы не пропустить ни слова.

— А что? С лекарством какая-то проблема? — насторожился Ван.

— А что, с вашими препаратами могут быть какие-то проблемы? — отстраненно спросил Да Цин, стараясь не выдать своей заинтересованности. Было важно выяснить, насколько Ван осведомлен о побочных эффектах снадобья, которое, по словам малыша Го, расхваливал так и эдак.

— Дело в том, — доверительно добавил он, дабы успокоить тут же напрягшегося травника, — что я и сам интересуюсь пищевыми добавками такого типа. Это для моей девушки, она очень уж вспыльчива.

Чжао одобрительно усмехнулся. Скорее всего, девушку с проблемным характером Да Цин выдумал на ходу.
Это возымело действие. Ван тут же воспрял духом:

— О! Это отменное средство! Хотя и не пищевая добавка, — заметил он ревниво. — Пищевые добавки — это ни что иное, как обман! Американская химия, которая только и может, что создавать иллюзию заботы о здоровье. А я предлагаю средство, в основе которого травы, испытанные вековыми традициями наших предков. Уверяю вас, товарищ начальник — это настоящее чудо! Все, кому посчастливилось его принимать, благословляли меня за это. И неоднократно, — тут он сделал ударение, весомо подняв указательный палец, — возвращались ко мне с новым заказом, рекомендовали меня друзьям и родственникам. Ваша девушка станет ласковым котенком, вот увидите! Вы не будете знать с ней горя!

На просьбу Да Цина рассказать о действии лекарства, Ван Санъян еще пуще воодушевился и перво-наперво принялся объяснять, что препарат совершенно безвредный и на безвредности делал особый акцент, будто сам себя уговаривал.
В целом выходило, что чудодейственное средство уравновешивает в организме Инь и Ян и заставляет тело самостоятельно справляться со всеми проблемами. А какие уж в таком случае могут быть побочные эффекты?
Когда же Да Цин попросил изложить по порядку все составляющие лекарства, травник заюлил и попытался отгородиться тем, что, дескать, это свято оберегаемый семейный рецепт, передаваемый из поколения в поколение. С благоговейным ужасом поведал, что разглашение тайны неизменно повлечет проклятье предков, а на это он не пойдет даже под пытками.
Тогда Да Цин попросил показать в списке имена всех, кто является постоянным клиентом. Он следил за пальцем травника, скользящим от фото к фото, и внимательно слушал его замечания. Кого-то из этих людей Ван видел лишь однажды, кого-то вовсе не узнавал. Были в списке те, кто захаживал частенько, а также такие, кого, как госпожу Йен, Ван Санъян знал не один год. Когда Ван вновь поднял заискивающий взгляд на Да Цина, тот прищурился и сказал, ткнув пальцем в список:

— Все эти люди в большей или меньшей степени пострадали в течении последних трех месяцев. Чен Ву Пинь, Фа Ян и Хуан Лон скончались, а Йен Минчжу осуждена за убийства. У нас есть основания полагать, что причиной этим событиям является то самое средство, которое они покупали у вас и которое странным образом губительно повлияло на их здоровье и социальное поведение.

— Но это немыслимо! — воскликнул Ван. — Я же вам объяснил: у этого лекарства не было и быть не может побочных действий. Что за гнусные домыслы?! При чем здесь я?! — он вытаращил глаза и покраснел, словно от недостатка воздуха. То, насколько стремительно сменился его услужливый тон отчаянной агрессией, подтвердило подозрения. Его страх всплыл на поверхность, четко читался во взгляде и слышался в визгливых нотах дрожащего голоса. Скорее всего, причиной боязни было нечто намного более серьезное, чем уклонение от налоговых выплат.

Да Цин сунул Вану лист бумаги.

— Напишите состав лекарства, — велел он, и травник боязливо моргнул, а затем нерешительно взял ручку. Когда Да Цин включал сурового чиновника, не подчиниться ему было непросто.

— Я — обычный торговец, — оробев, Ван опять попытался воззвать к снисходительности и благосклонности. — Я — честный гражданин. Мой магазин открыт уже несколько лет. Кто угодно может это подтвердить! С чего вдруг вам на ум пришло подозревать меня именно сейчас?

— А это мысль, — холодно отозвался Да Цин. — Возможно, нам следует проверить ваше окружение более детально: всех, кто живет по соседству. Скорее всего, мы обнаружим еще много интересного.

Он строго оглядел подозреваемого, который явно успел сожалеть о своей несдержанности, и уточнил:

— Все это время лекарство было в вашем ассортименте и его состав никак не менялся?

Ван хмуро подтвердил, что так оно и есть.

— И ингредиенты вы собираете сами? Без участия стороннего составителя?

— Да говорю же вам: это старинный семейный рецепт!

Чжао, наблюдавший за допросом с исключительным вниманием, заметил крохотное промедление перед этими словами. Ван опять принялся горячо уверять, что рецепт используется много поколений, а значит — обвинять его просто нелепо!
Да Цин настоял на том, чтобы список ингредиентов был написан, и вскоре лист с перечнем наименований лег перед ним на стол. Ван смотрел взглядом поруганной невинности. Да Цин прочёл список и, сфотографировав, переслал Чжао.
Получив сообщение, Юн Лань жестом подозвал Шэнь Вэя, и тот без промедления подошёл и сел рядом. Вместе они принялись сверять перечень с данными из лаборатории.

Более полутора часов они с профессором изучали принесенные Да Цином результаты. Шэнь Вэй описал каждый ингредиент и его возможное воздействие на организм. Это была настойка на этиловом спирте, содержащая композицию растительных выжимок и эфирных масел. Ничего криминального. Впрочем, в букете травяных добавок было нечто, заставившее Шэнь Вэя нахмуриться. Он перечитал заключение — ту ее часть, что содержала наименования растений, сверил с выведенным списком элементов и недоуменно моргнул.

— Там есть запрещенный компонент? — нетерпеливо спросил Чжао.

— Скорее — некоторое несоответствие, — помолчав, ответил Шэнь Вэй.

— Что за несоответствие? — Юн Лань вместе со стулом придвинулся ближе. Знакомый притягательный аромат обволок его, но Чжао это игнорировал. Не без труда.

— Не могу понять: сбор трав составлен исключительно грамотно. Не хочу утомлять тебя биологическими функциями, но если вкратце: все составляющие этой формулы гармонируют. Элементы в них призваны усилить воздействие друг друга. Однако есть тут нечто, выделяющееся из общей картины. Вот. — Шэнь Вэй указал на одно из графических изображений, иллюстрирующих химическое соединение. — Это очень похоже на апоморфин, но я не могу взять в толк, откуда... Такое чувство, что его добавили сюда специально.

Он помолчал немного, раздумывая. Потом пододвинул к себе ноутбук Чжао, чуть потеснив того, и ввел в поисковик вереницу букв латиницей. Выбрав из списка результатов подходящий и щелкнув по ссылке, он просмотрел содержимое страницы, а когда отыскал, что хотел, развернул компьютер к Юн Ланю.

— Смотри, это химический состав апоморфинового алкалоида, — Шэнь Вэй указал на цепочку из соединенных между собой пятиугольников и формулу под ними.

Чжао внимательно сравнил иллюстрации.

— На мой дилетантский взгляд, не слишком похоже, — с сомнением заключил он.

— Потому что в микстуре использовали сложное соединение, но я не понимаю зачем... — Шэнь Вэй замолчал и снова уставился в заключение.

— Не могу с уверенностью сказать, что понял, о чем ты сейчас говорил. Этот твой апоморфин как-то связан с морфием?

— Можно сказать и так. Оба — и морфий, и апоморфин — путем химической реакции получают из морфина.

— Это наркотик? — воскликнул Чжао.

— Нет-нет, — поспешил успокоить Шэнь Вэй. — Апоморфин широко используют в медицине. Особенно за рубежом. А тут даже не апоморфин, а нечто, очень похожее.

— В чем его свойство?

— Точно и не скажешь, — протянул Шэнь Вэй. —Тут сложное, можно сказать, модифицированное соединение. Пока не могу определить, как именно оно изменено, а что важнее: откуда тут взялось?..

— Может, ошибка в результатах?.. — предположил Чжао.

— Может... — неуверенно согласился Шэнь Вэй и спустя мгновение заключил: — Просто без апоморфина формула выглядит завершенной. И я не понимаю, для чего понадобилось добавлять нечто, его содержащее?...

— Так как работает этот апоморфин?

— Действует на центральную нервную систему, как и большинство алкалоидов.

— То есть, возможно, это он так сильно повлиял на поведение малыша Го?

— Я должен понять, как изменено соединение, — пробормотал профессор. — Если я это пойму, то смогу установить, как оно влияет на организм. Но мне нужно время.

— Которого у нас нет, — заметил Чжао. — Необходима веская причина, чтобы удерживать Вана в участке.

— Прости, прямо сейчас я не могу дать больше информации, — Шэнь Вэй с сожалением качнул головой. — Я понимаю: от обвинения, не подтвержденного вескими доказательствами, мало толка. Возможно, Ван виновен лишь в том, что недостаточно тщательно проверяет сырье, из которого составляет свои препараты.

— Он утверждает, что готовит смеси самостоятельно. Но почему-то слабо верится, - заключил Чжао. Помолчал немного и спросил: — Сколько времени тебе нужно?

— Несколько часов, я думаю.

Юн Лань помедлил, в задумчивости покусывая нижнюю губу.

— На данный момент единственный выход, который я вижу — это отпустить Вана, но установить слежку, — сказал он наконец. — Если Ван виновен, он может выдать себя. Возможно, захочет связаться с поставщиком, если таковой имеется.

— Логично.

— Это, конечно, не совсем тот результат, на который я рассчитывал. Мне думалось, что к моменту допроса у нас появится веский аргумент для его ареста.

— Прости. — Виновато повторил Шэнь Вэй. — Я постараюсь не затягивать и снабдить тебя более точной информацией.

— Ты тут совершенно не при чем. Я очень благодарен тебе за помощь. — Чжао ласково улыбнулся и, потянувшись, коснулся лбом его виска. Едва потерся, позволяя себе отвлечься на запах, от которого тут же почувствовал слабое истомное головокружение.

— Мне нужны кое-какие книги из моей библиотеки, — проговорил Шэнь Вэй после недолгой паузы. Чжао ощутил напряженность в его голосе и отстранился. Шэнь Вэй старательно отводил от него взгляд. Засуетился и вскочил со своего места поспешнее, чем требовалось. Конечно, скрывать вновь возросший весьма определенный интерес не было никакого смысла, ведь этап стеснения они с успехом преодолели еще вчера. Однако оба понимали, что расследование не может ждать, поэтому каждому из них следовало сделать над собой усилие и отложить все менее значимое на потом.

— Я оставлю тебя ненадолго, — извиняющемся тоном сказал Шэнь Вэй. — Заеду домой и тут же вернусь.

Чжао согласился, попрощался и, проводив его взглядом, достал телефон. Он набрал Да Цина и распорядился задержать Вана в Бюро еще минимум на час. Велел Чжу Хун отправляться в лавку, установить камеры и микрофоны внутри помещения, куда слежке не будет доступа. Следить за травником Чжао поручил Лин Цзину, с которым Ван Санъян не был знаком.

 

Шэнь Вэй вернулся довольно быстро. Он был переодет и принёс с собой два толстых и потрепанных фолианта о лекарственных растениях, народной медицине и химии. Также он приволок пару пластиковых пакетов, которые едва не лопались от обилия продуктов.
На принесенное Чжао даже не посмотрел. Создалось впечатление, что он ждал профессора под дверью, поскольку, стоило Шэнь Вэю переступить порог и пристроить свою ношу на (и под) тумбу у двери, Юн Лань возник перед ним, обнял за шею и увлек в с трудом скрывающий нетерпение поцелуй. Очень уж соскучился и изнемог.
Насыщенный запах резко ударил в ноздри и поглотил все отвлеченные мысли. Шэнь Вэй стиснул его в объятьях, понимая, что с этим надо разобраться прямо сейчас. Работать в таком состоянии не представлялось возможным.

 

— Вана отпустили. Он возвращается в свою лавку. Лин Цзин уже дожидается на позиции, — сообщил Чжао, натянув джинсы и домашнюю футболку и пристраивая наушник, чтобы слышать запись установленных в магазинчике микрофонов.

Он положил рядом на стол телефон и настроил ноутбук, из динамика которого тут же послышался неразборчивый бубнеж Лин Цзина: тот что-то пел себе под нос. Юн Лань включил микрофон ноутбука и проверил связь с каждым членом команды, дабы в случае необходимости отдать нужные распоряжения.

— Не боишься, что Ван сумеет скрыться по дороге? — спросил Шэнь Вэй, уже снова одетый почти так же опрятно, как и прежде. Его выдавало всего ничего: румянец и легкая помятость рубашки, подобранной несколько минут назад с пола у входа в квартиру.

— Нет. Да Цин сел ему на хвост, как только он покинул Бюро. А на Да Цина можно положиться. Он проводит нашего клиента до места, где его перехватит Лин Цзин.

Шэнь Вэй кивнул и удалился в кухню, захватив с собой принесенные пакеты с едой.

Чжао устроился напротив компьютера, на монитор которого был выведен обзор с трех, установленных сестричкой Хун камер.

— Знать бы заранее, что застряну дома, попросил бы Цун Бо прислать мне пару офисных мониторов, а то ж не видно ни хрена! — проворчал Юн Лань, вглядываясь в изображение трех окон, достаточно мелких, поскольку Чжао непременно хотел обозревать все сразу.

— Одно окно можешь спустить, шеф, — отозвался на это Лин Цзин. Его голос был чуть приглушен, но отчетливо слышалось цоканье клавиш (сей Юлий Цезарь от кибернетики сроднился со своим ноутбуком и, как обычно, печатал и разговаривал одновременно). — Это камеры с детекцией перемещения: в случае, если диапазон съемки засечет движение, окно всплывет автоматически.

— И на том спасибо, — буркнул Чжао.

— Ты чего злой? Профессор оставил тебя голодным? — насмешливо поинтересовался Лин Цзин.

Юн Лань помедлил с ответом, пытаясь различить интонации в голосе коллеги и понять, что уже успело до него долететь. Иными словами, остался ли верен своему обещанию Да Цин, и осведомленность команды находилась все еще на уровне догадок, или там все плохо.

— Профессор как раз занят приготовлением обеда, — вместо Юн Ланя ответил Шэнь Вэй, подошедший на удивление бесшумно. Он улыбался, прислушиваясь к замешкавшемуся Лин Цзину. Вытер влажные руки кухонным полотенцем, которое тут же повесил себе на плечо.

— Как поживаете, профессор Шэнь? Не скучаете там с нашим нерадивым начальником? — неизвестно зачем спросил тот. Впрочем, если Да Цин проболтался, вопрос мог быть неприятно целенаправленным.

— У профессора Шэня все хорошо! — поспешно вклинился Юн Лань, послав Шэнь Вэю недовольный взгляд. — Он оказывает посильную помощь.

В динамике то ли хмыкнули, то ли безуспешно попытались сдержать смешок.
Чжао нахмурился, взял мобильник и отправил Да Цину сдохший смайлик. Для проформы. Тут же в ответ получил три вопросительных знака, но отвечать не стал.

Шэнь Вэй ушел обратно в кухню, и некоторое время откуда доносилось шуршание пакетов, глухое позвякивание посуды, хлопки дверцы холодильника и журчание воды.

Чжао сосредоточился на съемке и на время от времени приходящих от Да Цина и Лин Цзина оповещениях.
Ван вернулся в лавку сразу после ухода из Бюро. Никуда не звонил, но отправил пару сообщений. Цун Бо, подключившийся к его телефону еще в Бюро, тут же перехватил и отзеркалил их копии Чжао: «Ваш заказ готов. Заберите как можно скорее».
Ван Санъян не предпринимал никаких поспешных действий. Но было заметно, что он нервничал и нервничал сильно. Ходил от прилавка к кассе и от нее к стеллажам с брошюрами. Снова возвращался к прилавку, перебирал сборы трав, запечатанные в пластиковые пакеты, менял местами, снова возвращался к стеллажам, брал оттуда проспекты, листал, клал на место. Несколько раз проверил телефон: хватал его нервным движением, нерешительно замирал, вглядываясь в экран, досадливо морщился и снова прятал в карман брюк. В общем, выдавал все признаки встревоженности и нетерпения.
Когда в лавку вошел какой-то человек, Ван не проявил к нему никакого интереса, и посетитель, покрутившись у прилавка и что-то спросив, вскоре ретировался.

— Шеф, — проговорил Лин Цзин, видевший со своего места двери магазина, — тот мужик, что прибыл несколько минут назад, сейчас выходит. Мне стоит за ним проследить?

— Нет, — отозвался Чжао после секундной паузы. — Скорее всего — это обычный любопытный. Не похоже, чтобы он был нам интересен.

 

Достаточно долгое время ничего занимательного не происходило. Ван все так же егозил, Чжао наблюдал и слушал, Лин Цзин сторожил снаружи, изображая отдыхающего на лавочке со своим ноутбуком горожанина.
Юн Лань несколько раз справлялся у Цун Бо, не было ли для травника сообщений, и тот ответил, что пришел ответ на его просьбу.
«Постараюсь выбраться», — гласила СМСка. Номер отправителя был тут же переслан Чжао и Лин Цзину.

Спустя некоторое время подошел Шэнь Вэй. Он, хотя и радел за общий порядок и еду только за обеденным столом со всей сопутствующей атрибутикой и атмосферой, понимал, что сейчас отрывать от своего занятия главу Бюро Специальных Расследований не стоит. Поэтому мисочку с только что приготовленным супом он принес в гостиную и поставил перед Чжао, слегка сдвинув ноутбук. Аппетитные ароматы говяжьего бульона — с широкими полосками домашней яичной лапши и аккуратными ломтиками овощей — Чжао учуял давно, но поста своего не оставил, хотя и хотел: очень уж проголодался. Лин Цзин был прав... Юн Лань благодарно улыбнулся Шэнь Вэю и взялся за ложку.
Сам Шэнь Вэй поел в кухне. Он подождал, пока Чжао прикончит третью порцию добавки, собрал и вымыл тарелки. А после подсел к нему, захватив с собой оба принесенных из дома фолианта.

— Кажется кое-что наклюнулось, — сообщил Юн Лань, потеснившись и оставляя Шэнь Вэю достаточно места для его научных изысканий. — Заказчиком оказалась некая дама. Она вышла от Вана несколько минут назад. Вот, смотри.

Чжао вывел на монитор фото, сделанное с ракурса потайных камер. Шэнь Вэй вгляделся в изображение.

— Я никогда ее не видел, — произнес он. — Вряд ли она проживает в районе университета. Хотя я могу ошибаться.

— Лин Цзин за ней следит. Цун Бо по номеру телефона сможет узнать о нашей таинственной незнакомке больше. Если конечно она не пользуется разовой трубкой.

— Вряд ли. Ведь, если я правильно понял, сам Ван Санъян не подозревал о том, что планируется задержание.

— Да. Но все зависит от того, что он ей продал и с какой целью? Ван аж засиял, когда ее увидел. Тут же вытащил пузырек — видно было не очень, но по-моему это не микстура. Может таблетки или капсулы. Или порошок. Если захочешь, потом вместе пересмотрим запись.

Чжао вновь вывел на экран изображения камер. Теперь Ван выглядел намного более расслабленным: он отложил телефон на прилавок, уселся на табурет и, казалось, только и делал, что глубоко дышал. Как человек, избежавший больших неприятностей.

— Эта женщина пробыла в лавке недолго, — продолжал Чжао. — Мне показалось, она тоже была несколько на взводе. Все спрашивала, сделал ли Ван все, как договорились. И заплатила ему, прямо скажем, не как за средство от перхоти. Там была внушительная сумма.

— Интересно, — пробормотал Шэнь Вэй.

— Да уж. Нашему благодетелю, борющемуся за здоровье нации, кажется, есть что скрывать и по-крупному. Жаль, что мы не могли изъять и проверить этот самый «специальный заказ».

— Однако, у вас все еще есть микстура Го, — заметил Шэнь Вэй, открывая одну из своих толстенных книг. — Я надеюсь выяснить, для чего там вещество, похожее на апоморфин. Хотя, по правде говоря, это можно было сделать быстрее в лаборатории, будь у меня образец настойки.

Чжао, припомнив свой вчерашний демарш в Бюро, легкомысленно вздернул брови и пожал плечами:

— Ну кто же знал, что ваши с братом взаимоотношения возымеют такие последствия.

Шэнь Вэй предпочел на это не отвечать.
Он отыскал по оглавлению нужную страницу и углубился в чтение. Нахмурился, проверил что-то на листке с результатами экспертизы, открыл второй том и зарылся в него. Чжао видел, как он время от времени выписывает что-то на отдельный листок, снова сверяется с книжными данными, добавляет и исправляет уже написанное, тут же ныряет обратно в бездну непонятных названий и формул и, судя по виду, получает от этого неподдельное удовольствие.

Не желая мешать увлекшемуся профессору, Юн Лань решил перебраться на диван: особенных изменений пока все равно не наблюдалось. Он пристроил ноутбук на высокий табурет перед собой, положил рядом телефон.
Вскоре Цун Бо переслал ему то, что успел нарыть о заказчице Вана, и Юн Лань с интересом вбил ее имя в поисковик.
Незнакомка оказалось женой известного предпринимателя. Хотя сеть была не самым надежным источником информации, главное Чжао для себя выделил: красивая женщина, счастливый по предназначению брак, дородный муж, надежный бизнес. Переливающийся блеском драгоценных камней имидж светской львицы, всячески поддерживаемый участием в благотворительных вечерах, организации фондов и поддержке подающих надежды деятелей искусства. Все вполне обыденно для лиц этого круга. Все, кроме общения с торгашом средней руки, каким был Ван Санъян. На роль старинного друга он подходил еще меньше.

Юн Лань поднял глаза от экрана телефона, чтобы тут же пересказать свои соображения Шэнь Вэю, но осекся. Склонившийся над книгами Шэнь Вэй все еще что-то читал и выписывал. Он водил пальцем по строчкам, видимо совершая какие-то расчеты. Внезапно отрицательно покачал головой, сердито зачеркнул написанное, нарисовал рядом схему и уставился в нее, словно не веря в то, что получилось. При этом он выглядел растерянным и напряженным одновременно. Чжао отодвинул табурет с ноутбуком и встал с дивана.

— Что-то нашел? — спросил он, приблизившись.

— Да, и мне это совершенно не нравится.

— Я это понял.

Шэнь Вэй поднял голову от страниц книги и удивленно посмотрел на Чжао. Тот сел рядом:

— Поделишься?

Шэнь Вэй кивнул, помедлил, собираясь с мыслями, и сказал:

— Есть несколько пунктов, на которые следует обратить внимание в первую очередь. Во-первых, как я и предполагал, элемент, который я по ошибке принял за производное от апоморфина, не является составляющим ни одной растительной вытяжки из этого списка, — он постучал пальцем по результату из департаментской лаборатории. — Соответственно, был добавлен в состав отдельно и с определенной целью. Во-вторых, это не завершенный элемент. То есть, он видоизменяется в результате взаимодействия с разными составляющими и находясь в разной среде. Сейчас он в своей промежуточной фазе, но его соединение преобразится, попав в организм. Невозможно определить, как именно это подействует на человека. Думаю, все зависит от физического и эмоционального состояния организма и от гормонального фона. А еще от принятой дозы.
Собственно говоря, все указывает на то, что именно этот элемент так сильно повлиял на сознание малыша Го. Ты был прав. Осталось выяснить, присутствует ли он и в других препаратах Вана?

— И возможно, прими Чан Чен прописанную, а не утроенную дозу, перемен в нем мы бы не заметили, — предположил Чжао. — Либо заметили не сразу.

— Да. Учитывая все то, что мы знаем о людях, принимавших подобное лекарство, спустя сравнительно недолгий срок в организме происходят необратимые изменения, — сказал Шэнь Вэй. — Это похоже на экспериментальный препарат, который запустили в продажу, до конца не изучив его свойства.

— Или на паразит, вроде Венома в теле Эдди Брока? — усмехнулся Чжао.

Шэнь Вэй озадаченно помедлил. Судя по его недоумению, кто такие Веном и Эдди Брок, он не знал.

— Неважно-неважно, — Юн Лань тряхнул головой, отмахиваясь от отвлекающего фактора в лице Эдди и его фантомной пары. — В любом случае, теперь у нас есть кое-что посерьезней туманных догадок. Хотя развернутого анализа все равно придется дождаться.

Шэнь Вэй задумчиво кивнул и вдруг грустно улыбнулся:

— А ведь и кокаин когда-то рекомендовали как исключительно эффективное средство от насморка. И детям его прописывали.

— Я что-то об этом слышал, — согласился Чжао. — Хотя, признаться, думал, что в современной науке ничего подобного произойти не может.

— Есть огромное количество вещей, которые люди все еще не знают.

— Например, что блокировка гормонов не спасет от альфы, если он — профессор Лунченского университета? — Юн Лань лукаво улыбнулся и незаметно сдвинулся на край стула, тут же оказавшись очень близко.

— Не то, чтобы это было подвержено исследованием... — подхватил Шэнь Вэй.

— ...а метка может преобразиться в чернильную паутину по всему телу. Ну, то есть, по большей его части. Как трещины от времени на древних картинах, — продолжал Чжао в пол-голоса.

— На тебе она выглядят куда красивее, — Шэнь Вэй улыбнулся в его губы.

— Тебе нравится? — дразня, спросил Юн Лань, едва ощутив дыханье его приоткрытых уст.

— Безумно, — тихо признался Шэнь Вэй.

— Хочешь еще раз взглянуть?

- Очень, — выдохнул профессор, и Чжао, хоть и не соприкасался с ним, почувствовал, как он затрепетал.

— Я сейчас попрошу парней подменить меня и присмотреть за Ваном. У нас будет минут пятнадцать - двадцать, — пообещал Юн Лань и отстранился, чувствуя немалое удовольствие от того, насколько быстро Шэнь Вэй заводился с ним рядом.

Он отошел развязной и, как отлично знал, привлекательной походкой. Стараясь сохранить зрительный контакт с потемневшими глазами профессора, присел у дивана и озвучил свою просьбу Лин Цзину.

— Без проблем, — ответил тот.

— Шэнь Вэй нашел кое-что интересное. Хочу обсудить. Это займет какое-то время. Ты же знаешь, я не особенно силен во всем этом био-химическом заумстве, — зачем-то пояснил Чжао. Наверное, хотел придать важности своей отлучке.

— Так разве вы только что это не обсудили? — удивился Лин Цзин. — Элемент в промежуточной фазе — вроде деструктивного паразита. Ты еще Венома вспомнил.

— Ты что, прослушиваешь меня? — возмутился Юн Лань и похолодел, вспомнив, что еще, кроме этого, они с профессором обсуждали всего пару минут назад. А также он вспомнил, что все остальные коллеги почти постоянно находились на той же линии связи.

— Зачем? У тебя отличный ноут. Если не ошибаюсь, это я тебе его посоветовал, — гордо сказал Лин Цзин. — Микрофон в нем очень мощный. Все слышно. Ты ведь не отключался.

— Твою ж налево!.. — проговорил Юн Лань одними губами.

— А что там с блокировкой гормонов и паутинообразной меткой? — не унимался гений. — Покажешь метку-то? — и добавил очень серьезно: — У меня чисто научный интерес.

Чжао смешался.

— Я пошел, — пробормотал он.

— Давай-давай. Только не затягивайте там с профессором, — посоветовал Лин Цзин напоследок. — И микрофон отключи.

И Чжао отключил. Посмотрел на Шэнь Вэя, который ответил виноватым и смущенным взглядом, и почувствовал знакомое желание напиться вусмерть. Это желание, давшее о себе знать второй раз на протяжении двух дней, огорчало и настораживало. Хотя, возможно, отпустило бы, доберись Чжао до спиртного. Если бы не расследование и если бы не профессор Шэнь, подошедший сейчас и опустившийся рядом на колени. Шэнь Вэй с беспокойством вгляделся в растерянное лицо Юн Ланя, поймал сбитый с толку взгляд.

— Прости меня, — с досадой проговорил он, — я не хотел, чтобы все так вышло. Прости, ладно?

И поцеловал.

А примерно час спустя из Бюро позвонил взволнованный Да Цин, и пришлось срочно вызывать из отпуска Чу: сестричка Хун была найдена в кабинете Чжао заплаканной и крепко спящей в компании восьми опустошенных бутылок пива.