Actions

Work Header

Отыщи свое место в этом мире

Work Text:

  Лань Сичэнь упрямо смотрел в бумаги, повернувшись спиной к экранам. Значок вызова на панели мигал зеленым уже добрые пять минут, и он старательно делал вид, что не замечает этого. Будь вопрос неотложным, цвет был бы другим, а зеленый только подтверждал, что звонили по внутренней линии с личным вопросом.

  Сичэнь помассировал висок и вернулся к бумагам.

  Он знал, кто звонит. Дядя наверняка вновь хочет спросить, где Чжань-Чжань, как будто сам не в курсе. Право слово, сколько можно, уже тринадцать лет прошло, а дядя все еще каждый раз, когда видел комнату Чжань-Чжаня пустой, звонил Сичэню с одним и тем же вопросом, хотя ответ ему был известен. Возможно, еще задолго до того, как Чжань-Чжань первый раз отправился в Бездну.

  В их семье никогда не было наемников, да и Чжань-Чжань с детства готовился отвечать за поддержание искусственного магнитного поля Земли. В прошлом его бы наверняка отправили к судьям, однако этот обычай канул в Лету, хотя праздновать победу над мутациями было рано. Но, по крайней мере, сейчас процесс замедлился настолько, что ученые могли хоть чем-то помочь зараженным.

  Вызов сбросили, и Сичэнь облегченно выдохнул, а через мгновение выругался сквозь зубы, потому что панель снова загорелась зеленым.

  Возможно, это все-таки не дядя?

  Сичэнь прикрыл глаза, отложил бумаги и малодушно сбежал из кабинета на свежий воздух. Он бы хотел сейчас переговорить с Чжань-Чжанем, но безнадежно опоздал с этим разговором на тринадцать лет.

  Чжань-Чжань снова уехал в Бездну.

  Чжань-Чжань искал следы Вэй Ина и не собирался останавливаться.

  •| ━━━━━━━❪✇❫━━━━━━━ |•

  Машина замерла неподалеку от старого комплекса пещер. Наемники редко забредали в эту часть Бездны — подземные пустоты, хищники, неустойчивая почва, — но именно поэтому Лань Чжань с упорством, достойным лучшего применения, приезжал сюда раз за разом, забирался все глубже. Кто-то бы назвал это напрасным риском, безнадежной затеей. Тринадцать лет звучали огромным сроком, но Лань Чжань был упрямым ослом, как говорил дядя, когда срывался. К чести Лань Цижэня, это случилось ровно три раза, и за каждый из них он принес извинения, а Лань Чжань их принял. Его не трогали слова дяди, скорее наоборот — он соглашался и с ослом, и с упрямством. Сичэнь вовсе никогда не возражал против этих поисков. Только в самом начале принес пистолет, умудрился где-то раздобыть один из тех, которым пользовались судьи.

  Его Лань Чжань берег как зеницу ока, хотя в бронемашине доставало и другого оружия. В дальние уголки Бездны неподготовленным лезть не следовало, а умирать Лань Чжань не собирался.

  Когда Вэй Ин провалился в расселину, уворачиваясь от удара скорпиона-переростка, Лань Чжань, которого насильно вернул в город, решил, что не остановится, пока не отыщет либо тело Вэй Ина, либо то, что от него осталось. Кроме того, существовала мизерная вероятность, что Вэй Ин остался жив, но эту надежду Лань Чжань загнал глубоко внутрь, чтобы не разочароваться, когда отыщет труп, или кости, или хотя бы череп — любые останки могли бы его успокоить. 

  Нет, «успокоение» не подходило, скорее, они бы внесли некую определенность.

  Дядя считал это зацикленностью, для Лань Чжаня поиски Вэй Ина сейчас были в каком-то смысле целью всей жизни, хотя не следовало замыкаться на этом. Он понимал и все равно каждый день раз за разом брал машину, оружие и отправлялся в Бездну. Поначалу наемники звали его с собой — еще бы, парень из семьи Лань да с оружием судей! Стреляет отлично, ответственный, положиться на такого можно, ну и плюс, чем демон не шутит, вдруг принесет удачу.

  Лань Чжань действительно пару раз выезжал с отрядами, но наемники традиционно охотились за опасными мутантами и выискивали следы тварей, которые могли оказаться слишком близко к Северной базе. Лань Чжань, в свою очередь, рвался в Бездну, туда, где сгинул Вэй Ин в их первый и последний совместный выезд. Поэтому он выкупил одну из бронемашин, лично оснастил ее, взял оружие и отправился исследовать дикие земли.

  Приграничная часть Бездны уже была знакома — там, где находился Научно-исследовательский институт Хайленда, благодаря которому люди до сих пор существовали. Но остальная территория, особенно старый комплекс невысоких гор с многочисленными пещерами и расселинами, все еще принадлежала разнородным. Лань Чжань методично наносил на карту места, в которых бывал, отмечал входы в пещеры, особо крупные провалы и широкие трещины в земле. Иногда Бездна оставалась спокойной, иногда точно сходила с ума, и все живое стремилось поглотить Лань Чжаня и его машину. В таких случаях разумно было отступить, потому что лишиться транспорта или оружия оказалось бы смерти подобно.

  И Лань Чжань — Лань Чжань по-прежнему не собирался умирать.

  На этот раз он отправился к дальним пещерам. Рельеф Бездны был холмистым, высокие деревья зачастую мешали рассмотреть, что скрывается за ними, и хищники пользовались этим. Здесь, около пещер, деревья сменились высокими кустами, а еще обнаружилось множество грибов, какие больше нигде не встречались. Одни прятались, заслышав посторонний шум, другие неожиданно вырастали до размеров трехэтажного дома, некоторые выбрасывали в промозглый воздух ядовитую взвесь; приходилось включать на полную мощность встроенные фильтры. Хищные лианы, усыпанные ярко-алыми цветами, бились в окна и стучали по крыше, стремясь попасть внутрь, но Лань Чжань упорно ехал вперед. Он видел эту местность лишь издалека и теперь намеревался исследовать ее.

  Грибы. Множество грибов и хищных растений, а еще узкие расселины, в одну из которой едва не провалилось колесо — Лань Чжань заметил ее в последний момент и успел повернуть руль, но задел краем бампера высокий гриб на узкой ножке. Тот затрясся, закачался, будто от сильного ветра, а потом вдруг оторвался от грибницы и взмыл ввысь, похожий на серый шатер с белой юбкой. Лань Чжань предпочел сбросить скорость, хотя, может, следовало поступить наоборот. Но если угодит в расселину и застрянет здесь, то ничем хорошим это не закончится.

  На старых картах эта местность была украшена шестью звездами — шестой уровень загрязнения, почти наивысший уровень опасности. 

  Постепенно деревья изменились, стали толще и выше, а лианы вдруг присмирели, похожие на древесных змей. Грибы остались прежними, вот только до сих пор не появились звери, как будто растения и грибы пожрали их, тем самым установив главенство. Лань Чжань не ждал ничего и был готов ко всему.

  И все же когда вдруг за деревом показалась тварь — внешне похожая на белого кролика, с огромными ветвистыми оленьими рогами и мелкими пчелиными крыльями, — Лань Чжань вздрогнул и резко затормозил. Тварь могла с легкостью раздавить машину, она уже заметил незваного гостя. Маленькие красные глаза уставились сквозь стекло, тварь подняла передние лапы и пару раз стукнула ими по земле, как будто хотела скорее напугать, чем предупреждала о нападении. Лань Чжань выдохнул и осторожно дал задний ход. Он не собирался сражаться, если его просто отпустят...

  Колеса взвизгнули, машину резко дернуло. Лань Чжань едва не стукнулся лбом о руль из-за резкого торможения. На экране замигала красным задняя ось — судя по всему, он на что-то наехал?.. Нет. Что-то держало его, даже тащило назад и немного вверх.

  Тварь снова ударила лапами, а потом выпрямилась и стала еще выше. 

  Лань Чжань любил кроликов, мама в детстве часто показывала ему картинки. Но перед ним... возможно, когда-то это был кролик, только мутации превратили безобидное существо в опасную тварь с пастью, полной зубов. Лань Чжань видел их слишком ясно — четыре острых клыка белели, как свежевыпавший снег. Тварь наклонилась, когда машину опять дернуло назад. Лань Чжань прищурился: лучше всего перерубить лиану или что держит машину, запрыгнуть обратно и удрать. Вопрос в том, хватит ли ему времени. Оставалась вероятность, что, как только он откроет дверь, Бездна превратится в ад. И все же... вариантов не было.

  Он оставил двигатель включенным и перелез между сидениями к дверце, ведущей в кузов. Среди оружия нашлось тяжелое мачете, рядом с дверью он положил на всякий случай топор. Сделал глубокий вдох и отпер замок.

  Бездна закричала птичьими голосами, которые мешались со змеиным шипением. Лань Чжань спрыгнул в траву — грибы тут же лопнули под тяжелой подошвой, и он поправил маску. Жирная лиана с синими цветами прочно обвила заднюю ось и медленно тянула машину к себе в высокий куст. Почуяв движение рядом, она замерла. Лань Чжань обрушил первый удар, и тут же раздался тонкий визг, болезненно отдавшийся в висках. На шкуре лианы остался темный след, и Лань Чжань принялся методично рубить, краем глаза следя за тем, что происходит поблизости.

  А еще тварь. Кажется, она двинулась вперед, но пока еще был шанс успеть.

  Лиана визжала и продолжала тянуть машину на себя. Пару раз Лань Чжаню пришлось отвлечься: другие лианы решили застать его врасплох, но они были тоньше, их вышло перерубить с первого раза.

  Солнце достигло зенита, стало совсем жарко. Лань Чжань рубил и рубил, едва успевая вытирать пот. Лиана не отпускала ось, у нее оказалось плотное мясо, так что в какой-то момент Лань Чжань отбросил затупившийся мачете и схватил топор. Казалось, прошла половина вечности, хотя вряд ли минуло больше десяти минут.

  Тварь больше не двигалась с места, и он решил, что повезло, как под ногами внезапно прошмыгнул кролик. Или нет. Лань Чжань так и замер с занесенным для очередного удара топором, уставившись на мелкую копию твари — те же рога, те же крылья, только еще детеныш, скорее всего недавно родившийся.

  За ним появился второй крольчонок, потом третий, Лань Чжаню пришлось отступить, и лиана на последнем издыхании в этот же момент дернула машину на себя, накрывая мелких тварей.

  Лань Чжань уронил топор.

  Он еще услышал яростный рев, землю тряхнуло, а потом Лань Чжань обнаружил, что лежит под машиной, накрытый ее тенью, держит в руках спасенных малышей и... И над ним кто-то стоит. Не человек — у людей не может быть огромных черных крыльев, звериных лап, покрытых черной шерстью, и руки... Лань Чжань моргнул, но руки, покрытые такой же черной шерстью, никуда не исчезли. Ладони были слишком большими, чтобы оставаться человеческими, там отчетливо проступали жесткие подушечки, да и когти принадлежали то ли зверю, то ли птице.

  Это был не человек, несмотря на то, что во всем остальном существо выглядело почти, как Лань Чжань.

  Существо держало машину, на задней оси болтался оторванный кусок лианы, истекающий зеленой вязкой жижей. Существо обернулось и сказало голосом Вэй Ина:

  — Привет, Лань Чжань!

•| ━━━━━━━❪✇❫━━━━━━━ |•

  Вэй Ин — существо с лицом, улыбкой, голосом, жестами Вэй Ина — что-то втолковывал крольчихе-переростку. Она как будто слушала, шевелила смешно ушами, а крольчата суетились у ее лап, жевали грибы, самые храбрые забирались в кусты и тянулись к лианам. Лианы боязливо переползали как можно выше. 

  Лань Чжань смотрел на Вэй Ина — на это существо — и боялся моргнуть. Исчезла шерсть, исчезли лапы и крылья, перед ним стоял Вэй Ин. Возмужавший за тринадцать лет, чуть раздавшийся в плечах и заматеревший, но все такой же гибкий и смешливый, каким Лань Чжань его помнил.

  Наконец Вэй Ин хлопнул крольчиху по груди и обернулся. Лань Чжань замер: он знал эту улыбку, знал, где намечались первые морщинки, знал, как выглядит блеск на этих губах. Он знал, насколько блеск сладкий, даже если тогда поцелуй случился из-за дурацкой игры, а у Вэй Ина по условиям были завязаны глаза. Он не угадал, кто поцеловал его, остальные молчали — не имели права подсказывать. Потом стало не до игры, и в конце концов все об этом позабыли, только Лань Чжань помнил и лелеял это воспоминание.

  Вэй Ин стоял перед ним. Живой. Пусть изменившийся из-за мутации, но точно живой.

  Вэй Ин, который ни о чем не подозревал.

  Он подошел ближе, плюхнулся на траву, сминая не успевшие разбежаться грибы, снова широко улыбнулся — будто не прошло тринадцати лет, которые он, похоже, провел в Бездне.

  — Привет, — опять сказал Вэй Ин.

  Лань Чжань протянул руку и коснулся улыбки. Отшатнулся, когда осознал, что сделал, но Вэй Ин перехватил ладонь, и что-то случилось у него с лицом... Он не заплакал, не растерялся, не расстроился. Он даже не удивился прикосновению, но что-то было в выражении его лица горькое и печальное, как будто он хотел сообщить о чьей-то смерти, только не знал, как это сделать, чтобы не причинить боль.

  — Вэй Ин, — сказал Лань Чжань. Произнес первым, лишь бы отсрочить момент истины.

  Вэй Ин моргнул. Странное выражение исчезло, только руку он не выпустил.

  — Лань Чжань, — откликнулся он и снова улыбнулся, не так ярко, но почти ласково. — Что ты здесь делаешь?

  — Ищу тебя, — честно ответил Лань Чжань. — Искал. 

  Вэй Ин смешно округлил глаза.

  — Давно?

  Лань Чжань хотел ответить, что всегда, но вместо этого назвал цифру. Вэй Ин вздрогнул: вот теперь он растерялся и, кажется, не знал, что ответить.

  — Я не считал годы, — наконец произнес он, почесав в затылке. Отросшие волосы, перехваченные выцветшей красной лентой, ложились на плечи черной волной. — Не знал, что прошло так много. И ты что... — он задохнулся. — Лань Чжань, ты что, искал меня все эти тринадцать лет?

  — Конечно.

  — Конечно! — Вэй Ин схватился за сердце. — Ты так просто говоришь! Лань Чжань, тринадцать лет — это огромный срок.

  — Я не мог иначе.

  Вэй Ин осекся. Лань Чжань все еще держал его за руку, или держали его, сейчас это было не важно. Еще утром он не знал, что ждет его в Бездне, он не надеялся на успех, он ни на что не надеялся, и поэтому происходящее отчасти казалось сном. Воспринималось причудливой иллюзией, может, он все-таки вдохнул испарения грибов, и те вызвали очень достоверную галлюцинацию. Может, на самом деле бронемашина давно сожрана лианой, а его тело поглощает мицелий, или в нем отложили споры, и скоро он превратится в удобрение для травы и грибов.

  Но Вэй Ин был здесь, живой, теплый. В старой черной футболке и в джинсах, у которых штанины были криво оторваны чуть выше колена. Он не боялся голыми пятками елозить по грибам, как будто сроднился с Бездной и стал ее частью. Учитывая мутацию, может, так оно и было, но он определенно сохранил человеческий разум.

  Лань Чжань знал, что после того, как прозвонил Колокол и была нейтрализована угроза полного слияния, многие люди после мутаций сохраняли разум. На Северной базе измененных не любили, и те основали поселения в руинах старых городов. Все еще оставался Научно-исследовательский институт Хайленда, где по-прежнему принимали всех.

  Но все-таки. 

  — Ты жив.

  Вэй Ин вздрогнул и медленно кивнул.

  — Это было сложно, но мне помогли, — признал он. — Спасли. — Он махнул рукой. — Я упал тогда в трещину, уже раненый, потом выполз и, честно говоря, думал, что умру, но...

  Лань Чжань сжал его руку и подался вперед.

  — Кто тебя спас?

  — Ань Чжэ.

  Ань Чжэ? Лань Чжань с трудом припомнил это имя. Последний раз он слышал его лет пятнадцать назад или больше, а потом многие посчитали Ань Чжэ погибшим. Кажется, его связывали с именем главного судьи, Лу Фэном, который тоже считался мертвым. Его застрелили незадолго до того, как прозвучал Колокол.

  — Не хмурься.

  Лань Чжань поднял взгляд: Вэй Ин весело улыбался. Он пожал плечами.

  — Ты можешь не верить, Ань Чжэ и Лу Фэн ни разу не возвращались на Северную базу, а в Бездне легко затеряться, если знать, где именно и как.

  — Я верю, — твердо произнес Лань Чжань. — Они спасли тебя, так что я верю.

  — Ты ничуть не изменился, Лань Чжань.

  Один из белых крольчат сунулся к ним, забавно шевеля неразвитыми крыльями. Потрогал осторожно лапками одежду, ткнулся носом в голое колено Вэй Ина, и тот вдруг подхватил крольчонка и сунул его Лань Чжаню.

  — Это тебе!

  Растерявшись, Лань Чжань среагировал не сразу, но потом осторожно подхватил крольчонка и прижал. Одной рукой было неудобно, однако все твари мира не заставили бы его отпустить сейчас руку Вэй Ина.

  Даже если это была галлюцинация, он не собирался ее прерывать.

•| ━━━━━━━❪✇❫━━━━━━━ |•

  Сичэнь нашел его около квартиры отрешенно смотрящим на ID-карту в руках.

  — Чжань-Чжань?

  Лань Чжань медленно повернул голову, и Сичэнь поразился черным расширенным зрачкам. Брат смотрел и не видел никого и ничего, смотрел куда-то вовне, далеко за пределы не только жилых районов, но Северной базы. Он смотрел в Бездну, сообразил Сичэнь и на мгновение испугался: неужели ранен?

  Вторая мысль была и хуже, и лучше.

  — Чжань-Чжань, — Сичэнь осторожно забрал из рук брата карту, провел по сканеру. Замок открылся, но ни один из них не попытался войти в квартиру. — Чжань-Чжань, ты...

  Ты нашел его? Сичэнь облизал пересохшие губы. Как спросить? Как задать вопрос так, чтобы не причинить боль? Ты нашел скелет, Чжань-Чжань? Останки тела? Череп? Красную ленту, которой Вэй Ин постоянно подвязывал отросшие волосы и упрямо сопротивлялся идее подстричь их? Что ты нашел, Чжань-Чжань?

  — Нашел... нашел.

  Сичэнь едва не вздрогнул, когда увидел улыбку брата. Чжань-Чжань улыбался редко, со смертью матери, казалось, он совсем замерз внутри, хотя это было не так. Просто ушел в себя, переживая боль потери,  но появившийся Вэй Ин разбудил Чжань-Чжаня, и Сичэнь закрывал глаза на все проделки воспитанника семьи Цзян, даже когда брат оказывался в них втянут.

  Но такая улыбка... В ней было недоверие и удивление, как будто Чжань-Чжань только что осознал, что случилось. Он посмотрел на свои руки, сжал и разжал кулаки, до того напряг пальцы, что проступили вены на тыльной стороне ладони. А потом неожиданно весь расслабился и улыбнулся опять, но эту улыбку Сичэнь отлично знал. Так Чжань-Чжань улыбался исключительно матери — с нежностью, радостью, с любовью, которой в нем всегда было очень много, просто выражать не приучили.

  — Чжань-Чжань?..

  — Я нашел его, — твердо сказал брат и забрал ID-карту из рук. Сичэнь с тревогой проследил, как он повторно открыл дверь, а потом замер, потому что Чжань-Чжань произнес:

  — Вэй Ин жив.

•| ━━━━━━━❪✇❫━━━━━━━ |•

  Лань Цижэнь, которого позвали для разговора, с порога понял, что произошло. Лань Чжань этого не ожидал. Он был уверен в брате, но дядя... дядя их вырастил, дядя их любил, и все же именно дядя едва ли не требовал держаться от Вэй Ина как можно дальше. Дитя Эдемского сада, Вэй Ин был одним из немногих выживших детей, которых не задели мутации, когда Эдем превратился в жужжащий ад.

  И все-таки стоило дяде войти в квартиру, как он широким шагом подошел к Лань Чжаню, положил руки ему на плечи и спросил:

  — Что ты нашел? Как я могу помочь тебе?

  Краем глаза Лань Чжань увидел вытянувшееся лицо Сичэня. Тоже не ожидал такой реакции? Дядя ждал ответа, что-то в нем дрогнуло в этот момент, как будто он хотел обнять и спрятать от целого мира, но сдерживался. 

  Лань Чжань тихо выдохнул, посмотрел на свои руки — он не отпускал горячие пальцы Вэй Ина, пока не пришлось вернуться на Северную базу, — а потом сам обнял дядю. Коротко и скупо, но этого хватило почувствовать, как дядя вздрогнул и стиснул плечи сильнее, чем допускал дурацкий семейный этикет.

  Когда Лань Чжань отстранился, дядя чуть хмурился.

  — Расскажешь? — просто спросил он.

  Сичэнь так и не произнес ни слова, только подвинулся на диване в безмолвном приглашении. Лань Чжань занял кресло напротив и — рассказал. Без подробностей, просто объяснил, что отыскал Вэй Ина, живого, настоящего, но мутировавшего. Именно поэтому Вэй Ин не поехал с ним, хотя Лань Чжань не собирался возвращаться один, хотел забрать Вэй Ина с собой или остаться с ним, но его мягко остановили и велели немедленно отправляться на Северную базу, пока не стемнело.

  — По ночам в Бездне слишком опасно, — объяснил Вэй Ин таким тоном, будто это не он оставался посреди враждебного мира, где даже мелкая спора могла причинить боль или убить. Он стоял босой среди грибов и травы, уперев руки в бока, улыбался мягко, а распущенные волосы напоминали гриву хищного зверя. Он сам был как зверь и больше не принадлежал к человеческому обществу.

  Лань Чжаню в этот момент как никогда хотелось его поцеловать, но вместо этого он вернулся в кабину бронемашины и дал задний ход. Уже по дороге в зеркале он увидел паривший в небе знакомый силуэт с огромными черными крыльями. Перед Вторыми равнинами Вэй Ин исчез, а Лань Чжань продолжил путь к Северной базе. 

  Лань Цижэнь потеребил бороду, когда рассказ завершился. Он не стал спрашивать, что теперь, он вообще не задал ни одного вопроса, только посмотрел строго и сказал:

  — Проверь запасы бензина и будь осторожен. Пожалуйста.

  После этого оставил племянников наедине, только болезненно прямая спина говорила, что дяде многого стоило отреагировать именно так.

  Сичэнь шумно выдохнул, как только закрылась дверь, и встревоженно посмотрел на Лань Чжаня.

  — Как часто... — он оборвал вопрос на полпути и покачал головой. — Дядя прав, будь осторожнее. Бездна опасна до сих пор.

  Лань Чжань кивнул. Он протянул руки к брату, и тот осторожно сжал их в ладонях.

  Они давно были взрослыми людьми, слишком взрослыми, чтобы искать утешения в детских иллюзиях, но поддержка не исчезла, и Лань Чжань знал, что только благодаря этому за тринадцать лет он ни разу не сорвался и каждый раз возвращался на Северную базу.

  Потому что здесь была его семья, которая все равно ловила его, когда он падал.

  •| ━━━━━━━❪✇❫━━━━━━━ |•

  Нельзя было сказать, что Лань Чжань поселился в Бездне. Он исправно выполнял свои обязанности в Маяке, но после обеда садился в бронемашину и покидал Северную базу. Никто этому не удивлялся — привыкли за тринадцать лет, но даже посторонние заметили перемены в поведении. Шу Линь, одна из механиков, которая отвечала за его машину, однажды отобрала ключи и, прищурившись, спросила:

  — Ты нашел, что искал?

  Лань Чжань кивнул. Он не собирался ничего объяснять, а брат и дядя все уже знали. Остальные были добрыми знакомыми, однако не настолько, чтобы обсуждать с ними Вэй Ина. Даже семья Цзян ничего не знала, хотя тот же Цзян Чэн наверняка слышал о поисках. И все же сам ни разу не покинул границ Северной базы, по-прежнему занимался инженерными сетями и, кажется, отправился восстанавливать Внешний город. 

  Сначала Лань Чжань злился на такое отношение, потом семья Цзян превратилась для него в шум, слишком тихий, чтобы иметь хоть какое-то значение.

  Вэй Ин — вот что было важно. Он ждал все на том же месте около пещер, встречал с распростертыми объятиями. Иногда в человеческом облике, иногда ему требовалось время, чтобы спрятать звериные лапы и крылья. Нередко на когтях виднелась чужая кровь — похоже, изредка лианы решались попробовать его на зуб, но неизменно проигрывали. К тому же рядом всегда крутились рогатые крольчата, а их мать возвышалась белоснежной горой и даже перестала реагировать на шум бронемашины и на присутствие постороннего человека. Она лежала, поджав лапы, дремала, только дергала иногда ушами.

  Лань Чжань перестал ее замечать уже через пару дней, сосредоточив внимание на Вэй Ине, а тот болтал, как в старые добрые времена, рассказывал о том, что видел, где успел побывать, показывал входы в пещеры. Иногда он вспоминал Ань Чжэ и Лу Фэна, но быстро менял тему, и Лань Чжань его не винил.

  Лу Фэн хотел остаться мертвым, и его желание стоило уважать.

  Вэй Ин по-прежнему отказывался возвращаться на Северную базу. Ему нравилось жить в Бездне, она таила немало секретов, а он всегда был охоч до подобного. Когда Лань Чжань заикнулся о зимах, которые обычно выдавались суровыми, Вэй Ин заверил, что холодное время всегда пережидал в институте Хайленда и покидал его только с приходом тепла. 

  Так что Лань Чжань перестал уговаривать. Принял все как есть, разделил свою жизнь на две части и продолжал бывать в Бездне каждый день. Независимо от погоды или предупреждений, он садился за руль и отправлялся на встречу с Вэй Ином. 

  Вот только чем дальше, тем меньше Лань Чжань понимал, куда именно он возвращается.

  Возвращался ли он к семье после Бездны?

  Или он возвращался к Вэй Ину после Северной базы?

  Где теперь был его дом?

  На самом деле, он давно знал ответ, оставалось только принять его.

  Он бы хотел привести Вэй Ина в свою квартиру, позволить ему вымыться, накормить его и уложить в свою постель, чтобы Вэй Ин нормально выспался на кровати, а не посреди травы и грибов, или в пещере, или прижавшись к боку рогатой крольчихи. Лань Чжань хотел привести Вэй Ина в безопасное место, вот только Северная база для разнородных безопасным местом как раз не была. Все больше людей считали, что город должен сохранять чистоту человеческой крови. Остальные могли идти на все четыре стороны и жить, как им угодно и где угодно, главное, подальше от Северной базы. На крайний случай все еще среди скал прятался институт Хайленда. Но в городе... Что, если мутант сойдет с ума? История знала немало примеров до того, как прозвонил Колокол, но и после подобное нередко случалось.

  Лань Чжань не мог винить людей за желание оставаться в безопасности, но не мог и поддержать их.

  Он бы хотел убедить остальных, что Вэй Ин остался Вэй Ином, даже если обрел звериные когти, лапы и крылья. 

  Это все еще был Вэй Ин, его Вэй Ин, который встречал опасность лицом к лицу, был готов на все ради близких и прятал за улыбкой так много, что легко обманывал тех, кто плохо его знал.

  Лань Чжань возвращался к Вэй Ину раз за разом, просто был рядом, просто слушал, смотрел, запоминал, держал за руку и — порой — обнимал, но всегда в ответ. Боялся, что если сам потянется за объятиями, то не сможет остановиться, не сможет отпустить Вэй Ина, а тот дорожил своей обретенной свободой больше всего на свете.

  Продолжайся все так, Лань Чжань ни за что бы опять не предложил Вэй Ину отправиться в город, но судьба распорядилась иначе. Он едва успел остановить бронемашину на границе Бездны и Вторых равнин — рогатые крольчата бросились в рассыпную, заслышав взвизгнувшие тормоза, пока Вэй Ин в зверином облике распекал их мать.

  — Не смей, — рычал он, — не смей туда идти. Выбери другую дорогу, глупая крольчиха, не ходи туда!

  Крольчиха поводила ушами. Лань Чжань вышел из машины, осторожно прикрыл дверь, но его все равно услышали. Вэй Ин обернулся — отчетливо раздосадованный, что помешали, и Лань Чжань отступил на шаг.

  — Прости! — Вэй Ин тут же бросился к нему. — Лань Чжань! Лань Чжань! Не уходи.

  — Вэй Ин, — он подался навстречу и протянул руки. — Вэй Ин, что случилось?

  Крольчата сновали вокруг, крольчиха сидела на месте, но ее нетерпение можно было едва ли не потрогать, настолько плотным оно казалось. Что-то напугало ее? У пещер появилась новая тварь? Лань Чжань знал, что в глубоких расщелинах в Бездне спят опасные монстры, вобравшие в том числе и человеческие гены, но они редко показывались на поверхности и вели в основном ночной образ жизни.

  Вэй Ин с досадой махнул рукой.

  — Осень, — ответил он, будто это все объясняло.

  — Вэй Ин, я не понимаю. — Лань Чжань мягко взял его за запястье, покрытое шерстью. Острые когти не пугали, он касался их не раз и не два, оглаживал, если позволяли, а Вэй Ин смеялся и легонько царапал тонкую кожу, не причиняя вреда. 

  Сейчас Вэй Ин не смеялся. Ему явно понадобилось сделать над собой усилие, чтобы вернуть человеческий облик, а потом он весь обмяк, подался вперед, и Лань Чжань принял его в объятия, позволяя опереться на себя.

  — Что случилось? 

  Вэй Ин сердито засопел в шею, стиснул плотную ткань куртки на спине, прильнул весь ближе. Лань Чжань замер, боясь спугнуть: им нечасто доводилось оказываться так близко, пусть Вэй Ин всегда был тактильным. Но это — это было иначе.

  — Вэй Ин?

  Он вздохнул и неохотно отстранился, однако остался рядом, позволяя себя держать. 

  — Они мигрируют, — Вэй Ин кивнул на крольчат. — Каждую осень уходят обратно на юг.

  Лань Чжань медленно кивнул. Это он понимал, хотя с миграцией мутировавших животных ученые сталкивались редко. Возможно, в мире снова что-то менялось, а люди пока об это не знали. В прошлый раз перемены случились внезапно, и не прозвони Колокол, привычные формы жизни на Земле попросту бы исчезли.

  Возможно, учащение миграции животных было хорошим признаком. Птицы ориентировались на магнитные линии планеты, но с появлением искусственных полюсов, судя по записям ученых, миграция сошла на нет. 

  Лань Чжань моргнул, кажется, догадываясь, в чем дело. Вэй Ин завозился в объятиях, но он только крепче сжал руки и заглянул ему в глаза.

  — Кролики пройдут через город.

  Вэй Ин улыбнулся, и Лань Чжань едва удержался, чтобы не сцеловать горечь.

  — Через Северную базу или рядом?

  — Рядом, — Вэй Ин на мгновение прикрыл глаза. — Километра два или три, может, чуть больше. Я плохо помню дорогу, но по всему выходит, что военные поднимут солдат. Просто ради защиты.

  Конечно. Наемники скоро сообщает о стае, которая движется в сторону Северной базы, и генерал-лейтенант Фу Шэнь не замедлит отдать приказ о боеготовности. Возможно, отправят самолеты, чтобы заранее избавиться от опасности.

  — Я знаю, что это просто кролики-переростки, — заговорил вдруг Вэй Ин. — Они неразумны, они просто... животные. Но я хочу их защитить. Они были со мной и защищали меня. Они не хищники. За что их убивать? Они пройдут мимо города и не причинят никому вреда.

  Крольчата прыгали вокруг. Лань Чжань чувствовал, как они цепляются за штанину, елозят по ботинкам; он опустил глаза в тот момент, когда черный крольчонок растянулся на босой ноге Вэй Ину и носом ткнулся в тонкую щиколотку. Они были безвредны, они могли пройти мимо, не причинив вреда.

  Лань Чжань верил Вэй Ину, он не мог врать, сам знал, что любая опасность для города будет ликвидирована незамедлительно, поэтому не стал бы настаивать на спасении, угрожай крольчиха людям.

  — Поехали со мной.

  Вэй Ин отшатнулся от него так, что Лань Чжаню пришлось удержать его за локоть.

  — Ты можешь все объяснить генерал-лейтенанту. — Лань Чжань чуть нахмурился. — Он разумный человек и должен тебя послушать.

  — Разнородного? — Вэй Ин оскалился. — Кто будет слушать разнородного, Лань Чжань?

  — Тебя выслушают, обещаю.

  Вэй Ин ему не верил, это было справедливо, но все равно больно. Лань Чжань не имел веса на Северной базе, он был племянником Лань Цижэня, но и только. 

  И все же.

  Наверняка Вэй Ин будет сопровождать крольчиху. Наверняка попытается защитить ее и пострадает сам. В этом был весь Вэй Ин — защищать тех, кого другие намеревались убить просто за существование. 

  Лань Чжаню хватило этой одной мысли, и он шагнул ближе, стиснул локоть, наверняка причинив боль, но не отпустил.

  — Я люблю тебя, — просто сказал он. — Я говорю это не за тем, чтобы манипулировать или надавить, просто чтобы ты знал. Генерал-лейтенант тебя выслушает. Если не захочет, я поеду с тобой обратно в Бездну и помогу защитить кроликов. Не убегай, Вэй Ин.

  Вэй Ин молчал. Только смотрел во все глаза, раскрыв рот, и, наверное, впервые в жизни не мог подобрать слов. Лань Чжань не ждал ничего взамен, он не собирался требовать или просить, он лишь хотел, чтобы Вэй Ин понял — есть человек, который будет его защищать, даже когда целый мир обернется против. Человек, который готов заботиться о нем, для которого его счастье превыше всего остального.

  Лань Чжань не знал, как донести это все, но, кажется, хотя бы что-то у него получилось, потому что Вэй Ин сказал:

  — Поехали.

  Всю дорогу Вэй Ин заметно нервничал. Там, за стеклом, ярко светило солнце, которое не подозревало о смене сезона, там было тепло, зеленела трава, и низкие кусты на Вторых равнинах тянулись к бронемашине или, наоборот, поспешно убирали колючие плети, заслышав рык мотора.

  Вэй Ин ломал пальцы, то и дело тер запястья, а когда машина наезжала на кочку, цеплялся за приборную панель, как утопающий за спасательный круг. Лань Чжань хотел бы его успокоить, сказать, что все будет в порядке, но он рассудил, что чем раньше они доберутся до Северной базы, тем скорее встретятся с генерал-лейтенантом. Насколько Лань Чжань помнил, Фу Шэнь редко покидал кабинет, особенно сейчас, в преддверие осени, так что шанс встретиться с ним был достаточно высок.

  Их беспрепятственно пропустили, в конце концов, Лань Чжаня знали. Только Шу Линь удивилась, подбежала раньше, чем заглох мотор.

  — Машина сломалась?

  Лань Чжань покачал головой. С другой стороны хлопнула дверь, и Шу Линь изумленно открыла рот, но тут же понятливо сомкнула губы. Бросила, правда,  встревоженный взгляд на Лань Чжаня.

  — Все нормально, — ответил он. — Все хорошо.

  Судя по тому, как вздохнула Шу Линь, она ни на мгновение не поверила, но задавать вопросы не стала. Именно за это она нравилась Лань Чжаню — умение молчать он ценил куда больше болтливости, да и пока он бы попросту не сумел объяснить.

  Вэй Ин топтался на холодном бетоне около машины. Первым порывом было подхватить его на руки и утащить в квартиру, чтобы не простыл, но Лань Чжань помнил, как бесстрашно Вэй Ин бродил по траве, по грибам, по иссохшей почве около трещин и ни разу не заикнулся о том, что ему больно или холодно. Лань Чжань даже как-то заставил его показать подошву, и там оказалась плотная кожа, куда прочнее, чем у обычного человека.

  Хотя все равно следовало заглянуть в квартиру.

  — Тебе нужно хотя бы сменить одежду, — Лань Чжань надеялся, что это прозвучало просьбой. Если Вэй Ин упрется и потребует немедленно отвести его к генерал-лейтенанту, Лань Чжань все сделает, просто...

  Вэй Ин не ответил, смотрел все исподлобья, косился по сторонам. На них тоже глазели, в основном механики, но были и наемники, которые не преминут разнести сплетни. Вэй Ин, похоже, подумал о том же: он не изменился внешне, но что-то подсказывало — еще пара минут, и он покажет когти и крылья.

  — Вэй Ин.

  Тот резко вскинул голову, и в тот же момент Лань Чжань прижался губами к его виску. На секунду, не больше, только чтобы успокоить. Потом отстранился и, глядя в глаза, серьезно сказал:

  — Ты можешь уйти отсюда в любой миг. Клянусь. Сейчас, или через пять минут, или через час. Никто тебя не остановит. Я не позволю, чтобы тебя остановили. Обещаю.

  Еще мгновение Вэй Ин выглядел напряженно, а затем вдруг улыбнулся той улыбкой, от которой в груди Лань Чжаня разливалась горячая нежность, и доверчиво взял за руку.

  — Покажи мне свой дом.

  Дважды просить не стоило. Лань Чжань только отдал свою куртку, чтобы не привлекать больше взглядов в городе, хотя вряд ли это могло сильно помочь. Но на этот случай у Лань Чжаня нашелся запасной путь — через переулки и узкие немноголюдные улочки. Лифт оказался пуст, и можно было считать, что все прошло успешно. По крайней мере, любопытных взглядов оказалось немного, хотя Лань Чжань не сомневался — достаточно скоро шепотки разнесутся по Северной базе. 

  Первым делом Лань Чжань отправил Вэй Ина в ванную. Напомнил на всякий случай, как пользоваться душем, на что Вэй Ин рассмеялся и нежно коснулся его щеки ладонью.

  — Я, конечно, прожил тринадцать лет в Бездне, но я помню, как пользоваться достижениями человеческого гения. — Он стянул футболку и вдруг, бросив взгляд через плечо из-под ресниц, произнес: — Если ты ко мне присоединишься, я не буду против.

  Это можно было бы счесть шуткой, не будь в словах Вэй Ина почти звериной серьезности. Лань Чжань сделал вид, что не покраснел, только сказал, что полотенце лежит в шкафу, и сбежал за одеждой.

  И пистолетом. Его он проверил в первую очередь, как вышел в гостиную. 

  На рукояти была выбита звезда — знак Судьи высшей инстанции, отмершей системы, когда судья имел право вершить казнь без доказательств, лишь полагаюсь на свою интуицию и зоркий взгляд.

  Если бы здесь был Лу Фэн, смог бы он повлиять на ситуацию?

  Пистолет оттягивал руку и ощущался как никогда тяжелым, но если это поможет защитить Вэй Ина, то Лань Чжань был готов стрелять.

  Когда Вэй Ин вышел из душа, распаренный, с влажными волосами, его ждал приготовленный на скорую руку обед. Одетый в рубашку и джинсы, он выглядел так, будто вернулся на тринадцать лет назад. На мгновение у Лань Чжаня перехватило дыхание от этого вида, понадобилась вся его выдержка, чтобы остаться на месте у плиты.

  — Поешь, — кивнул он и поскорее отвернулся. 

  Он не прислушивался, честно, не ждал, когда скрипнут по полу ножки стула, не ждал, как ложка со звоном заденет тарелку. И потому вздрогнул, стоило прижаться к спине горячему телу. На грудь легли еще влажные ладони, в затылок шумно вздохнули, а потом Вэй Ин произнес:

  — Ты же знаешь, Лань Чжань? Что я люблю тебя. Не знаю, за что ты меня полюбил, но я...

  Лань Чжань не дал договорить. Развернулся на пятачке, где стоял, положил ему руки на плечи и серьезно ответил:

  — Потому что Вэй Ин — это Вэй Ин.

  Не существовало какой-то особой причины. Любить за что-то или вопреки — ничего подобного. Просто Вэй Ин был, улыбался, смеялся, касался. Он пророс под кожей, пробрался в сердце исподволь, вероятно, сам о том не подозревая, и Лань Чжань, увидев его однажды, прочувствовав, больше не мог отвести глаз.

  Вэй Ин шумно сглотнул и нервно рассмеялся.

  — Лань Чжань, Лань Чжань, как ты можешь так легко говорить.

  — Потому что это правда.

  Вэй Ин уткнулся ему куда-то в висок, пряча заалевшее лицо, но рук не брал, гладил едва ощутимо лопатки и сам подрагивал.

  — Я не человек, — прошептал он на грани слуха.

  — Вэй Ин — это Вэй Ин, — твердо повторил Лань Чжань и поцеловал его во влажные волосы. — Поешь, а потом пойдем к Фу Шэню.

  Он не почувствовал разочарования, когда Вэй Ин кивнул и теперь действительно сел за стол. Так было нужно, иначе вряд ли бы они отправились к генерал-лейтенанту в ближайшее время. Лань Чжань тихо выдохнул и досчитал до десяти, прежде чем отвернулся обратно к плите, чтобы убрать кастрюлю.

  Хотелось кричать — непривычное желание, но грудь распирало от чувств, которым он не мог дать названия. Нежность, радость, жажда прикосновений и потребность заласкать единственного человека, спрятать его ото всех, присвоить так, чтобы никто не посмел поднять на него руку. Лань Чжань знал, что так нельзя, но желания мешались и рвались наружу. Он смирил их только силой воли, пообещав, что по возможности возьмет свое позже, если получит на то разрешение.

•| ━━━━━━━❪✇❫━━━━━━━ |•

  До того, как прозвонил Колокол, Командный пункт располагался на одном из этажей Маяка, сейчас же для него возвели отдельное здание, куда переехали в том числе центр боевых действий и оперативный центр связи.

  Генерал-лейтенант Фу Шэнь за прошедшие годы как будто не изменился. Его лицо осталось холодным и величавым, он по-прежнему носил черную форму военных, готовый в любой момент поднять по тревоге солдат. Этого, к счастью, не требовалось уже много лет, а с угрозой мутантов, появлявшихся вблизи Северной базы, чаще справлялись хорошо вооруженные отряды наемников.

  Сейчас большинство солдат были отправлены на строительство Внешнего города, в центре оставались в основном офицеры, поэтому Лань Чжань надеялся, что все пройдет спокойно.

  Фу Шэнь приветствовал их кивком. Его кабинет оказался небольшим и скупо обставленным, здесь не было ничего, кроме высокого шкафа, стола и пары стульев перед ним, но и справа, и слева находились двери, которые наверняка вели как минимум в оперативный штаб и центр связи с Подземной базой. Здесь, в кабинете, Фу Шэнь мог принимать людей, но также он имел возможность быстро оказаться в центре действий.

  — Генерал-лейтенант, — Лань Чжань не стал закрывать дверь, — извините, что отрываем от работы.

  Фу Шэнь качнул головой и обвел рукой пустой стол.

  — Работы, к счастью, не так много. Надеюсь, вы не пришли с плохими новостями. В последнее время все настолько хорошо, что я жду бури.

  — Мы пришли к вам с просьбой.

  Лань Чжань отступил назад, пропуская Вэй Ина. Он мог сам все объяснить, да Вэй Ин не собирался оставаться в стороне, он не любил прятаться и перекладывать ответственность на чужие плечи. Лань Чжань был бы рад взвалить это на себя, но — они договорились.

  — Генерал-лейтенант, — Вэй Ин звучал беззаботно, и только прямая спина выдавала его напряжение. В обычное время он всегда чуть сутулился, едва заметно клонился вперед, словно рвался в будущее, а сейчас по его спине можно было проверять, ровные ли стены в кабинете.

  Фу Шэнь чуть нахмурился, не узнавая человека перед собой.

  — Вы?..

  — Вэй Ин.

  Понимание напомнило то, как из толщи воды проступает массивное тело кита. Лань Чжань никогда не видел этого вживую, но даже видеозаписи хватило, чтобы осознать масштабность. Фу Шэнь, впрочем, не изменился в лице, только сцепил руки в замок, и в глазах мелькнуло что-то, отчего Лань Чжань едва не схватился за пистолет.

  — Вэй Ин, — повторил Фу Шэнь. — Был такой студент, насколько я помню, но он погиб в Бездне больше десяти лет назад.

  — Тринадцать лет, — Вэй Ин пожал плечами. Он спрятал руки в карманы, и этот жест выглядел почти безобидно, если бы Лань Чжань не знал, что так можно спрятать когти, по крайней мере, на первые несколько секунд. — Как видите, я выжил.

  — Разнородный.

  Возразить было нечего. Гены Вэй Ина подверглись мутации, он изменился, но его воли хватило, чтобы сохранить человеческий разум и подчинить внешние изменения. Фу Шэнь больше ничего не добавил, только молча разглядывал. Лань Чжань мог предположить, что он видит: обычного человека, который не выглядит на тридцать с лишним лет, одежда с чужого плеча скрадывала возраст. Но видел ли Фу Шэнь изменения, которые привнесла мутация? Или замечал только их, подмечая опытным взглядом нюансы, которые не мог видеть Лань Чжань?

  — Что вам нужно? — наконец спросил Фу Шэнь.

  — Кролики.

  Судя по тому, как сквозь невозмутимость проступила растерянность, Фу Шэнь ожидал чего угодно, кроме этого. Вэй Ин не сдержал короткого смешка.

  — Простите, генерал-лейтенант, но да, кролики. Рогатая крольчиха и ее выводок. Они мигрируют на юг и пройдут вблизи города. Достаточно близко, чтобы вы могли посчитать их угрозой и уничтожить. Но клянусь, они никому не причинят вреда.

  Лань Чжань верил в эти слова, вот только его вера никак не могла повлиять на Фу Шэня. Он перевел взгляд с генерал-лейтенанта на стену за ним. Там висела надпись, оставшаяся еще со времен Суда высшей инстанции: «Человеческие интересы превыше всего». В свое время полковник Лу Фэн был самым ярым блюстителем этого закона, он без колебаний убивал людей, если интуиция подсказывала ему, что человек опасен. Говорили, что он ни разу не ошибся, что все убитые им были заражены.

  В итоге он погиб... считалось, что погиб, хотя Вэй Ин утверждал обратное. Если бы Лу Фэн был здесь, чью сторону он бы выбрал?

  Какое-то время в кабинете стояла тишина. Фу Шэнь, казалось, раздумывал над услышанным. Лань Чжань скорее почувствовал, чем увидел, когда решение было принято. Он стиснул пистолет, готовый выхватить его в любую секунду. Больше не оставалось сомнений, что так и придется поступить, хотя крошечная надежда все еще жила где-то глубоко внутри.

  Очень маленькая. Остальную надежду Лань Чжань растратил по капле за минувшие тринадцать лет.

  — Вы же понимаете, что я не могу выполнить вашу просьбу. — Голос звучал спокойно, почти доброжелательно, но взгляд Фу Шэня предупреждал не делать резких движений.

  Вэй Ин показательно сбросил кроссовки и отступил на пару шагов. 

  — Эй, я могу поручиться за кроликов и провести их мимо. Вы можете следить за нами, просто не стреляйте.

  — Человеческие интересы превыше всего, — напомнил Фу Шэнь. — Возможно, вы правы, и кролики не причинят вреда городу, но я все еще отвечаю за несколько тысяч людей и не позволю ни одному разнородному приблизиться к стенам. Тем более сейчас, когда отстраивается Внешний город.

  Он не пошевелился, пока говорил, но что-то заставило Лань Чжаня вытащить пистолет и прицелиться. Фу Шэнь не дрогнул, на его лице не отразилось ни одной эмоции, как будто он ждал подобного.

  — Не советую, — просто сказал он. — Это не поможет ни тебе, ни твоему другу, только усугубит ситуацию. Подумай, ребенок из семьи Лань.

  — Просто отпустите нас, — Лань Чжань знаком велел отойти Вэй Ину к двери. — Мы уйдем и больше не вернемся в город.

  Вэй Ин отчетливо скрипнул зубами, но среагировать на это значило показать, какую боль причинили свои же слова. Лань Чжань не мог этого допустить, он сосредоточился на пистолете, чтобы удержать его в одном положении.

  — Ты же понимаешь, что я не могу этого сделать. — Фу Шэнь наконец уперся ладонями в стол. Наверняка там была тревожная кнопка, значит, для побега оставалось слишком мало времени, чтобы разработать хоть какой-то план.

  Лань Чжань отступил назад, еще и еще, пока не натолкнулся на угол приоткрытой двери. Вэй Ин уже ждал его в коридоре, и когда дверь захлопнулась, он открыл рот, но Лань Чжань не позволил ему произнести ни слова.

  Они бросились по коридору на выход, повернули раз, второй, третий. Солдаты кинулись за ними в погоню поздно, те, кто стоял у выхода, подняли оружие, но замешкались, не уверенные, можно ли стрелять, и поэтому Лань Чжань замедлил бег, позволяя Вэй Ину первым выскочить наружу. Он еще успел толкнуть его в спину, там, где уже прорезались крылья, прежде чем руки заломили.

  — Лети!

  Вэй Ин хотел ему помочь, Лань Чжань видел, как тот дернулся, как снова раскрыл рот, но прозвучал первый выстрел, и Вэй Ин взмахнул крыльями, резко взмывая вверх. Оставалось надеяться, что он не сунется обратно — солдаты все равно ничего бы не сделали человеку из семьи Лань. Последовало еще несколько выстрелов, но все ушли в молоко; Вэй Ин к тому момент превратился в стремительно уменьшающуюся точку посреди сизого неба. Лань Чжань не увидел, как он исчез, к тому моменту его разоружили и ввели обратно в Командный пункт. Фу Шэнь ждал в коридоре, невозмутимый и холодный, он стоял, прислонившись к стене, однако на этот раз между бровями залегли морщины.

  — Неужели кролики важнее людей? — спросил он, глядя сверху вниз. Лань Чжань не мог выпрямиться из-за заломленных рук, плечи ныли от неудобного положения, но он не собирался жаловаться. Было немного обидно за пистолет, который Сичэнь раздобыл с таким трудом, и все же одновременно он испытывал странную радость оттого, что больше не держал в руках оружие, из которого целился в человека.

  Убивать монстров в зараженных землях было нормой, но люди? Он был человеком, и остальные тоже, так что не мог даже предположить, что однажды будет угрожать кому-то из своего вида.

  Но Вэй Ин все менял.

  Никто не смел причинять Вэй Ину вред.

  Интересы Вэй Ина оказались превыше интересов человечества, и Лань Чжань не знал, что чувствовать по этому поводу.

  В итоге его отвели в камеру временного содержания здесь же, в Командном пункте. Решетка захлопнулась неслышно, из коридора виднелась тень охранника, но Лань Чжань отметил это машинально. Он почти упал на твердую узкую кровать, вцепился пальцами в край и тряхнул головой, пытаясь осознать случившееся. Не получалось. Осталась единственная мысль — Вэй Ин улетел, он вернулся на свободу, а остальное вымыло начисто.

  Только спустя время Лань Чжань осознал, что у него дрожат руки, и он, улегшись, прижал их к груди.

•| ━━━━━━━❪✇❫━━━━━━━ |•

  Его разбудил чьи-то голоса. Прислушавшись, Лань Чжань узнал говорившего: доктор Цзи, один из ведущих ученых Маяка. Раньше он отвечал за выявление мутаций, сейчас изучал грибы и их влияние на человеческий геном. Но что ему понадобилось в штабе?

  — Если он резко мутирует, проблем не оберешься, — донеслось раздраженное из коридора. — Он из семьи Лань! Уверен, что справишься? Или хочешь потом отвечать перед его дядей, почему не позволил проверить на возможную мутацию?

  Лань Чжань нахмурился. Он медленно сел, заставляя тело двигаться: в висках противно стучало, а тело болел так, будто его долго били. Зато руки перестали дрожать и голове более-менее прояснилось. По крайней мере, он теперь мог здраво мыслить. Но мутации? Лань Чжань был уверен, что не ранен, а случаев заражения воздушным путем не случалось с момента Колокола.

  Он вскинул голову, когда за решеткой показался охранник — молодой парнишка, похоже, недавно ставший солдатом. На лице у него была написана растерянность, он явно не понимал, что происходит, но мешать доктору Цзи не мог, в конце концов, хоть тот и не был военным, но имел определенный вес в обществе и стоял гораздо выше по иерархической лестнице. Сам доктор Цзи маячил за спиной и, кажется, был чем-то сильно недоволен. Ходили слухи, что после того, как прозвонил Колокол, доктор Цзи на себе проверял те или иные мутации, но внешне в итоге он не изменился, так и остался светловолосым да голубоглазым. Разве что создавалось впечатление, будто время его практически не затронуло — слишком молодо выглядел. Он был в белом лабораторном халате, словно его выдернули посреди эксперимента и притащили сюда без спроса.

  В какой момент в его руку появился шприц, Лань Чжань не заметил, увидел уже, когда мальчишка тихо сполз на пол.

  — Я не нанимался в спасатели, — доктор Цзи фыркнул. Он снял ключ с пояса охранника и отпер дверь. — Давай, выходи.

  — Что?..

  Доктор Цзи не дал договорить. Он прижал палец к губам и споро усадил мальчишку удобнее.

  — Проспит пару часов, хотя могут найти раньше. Слушай, — он сморщился, — мы сейчас выйдем и направимся в Маяк. По дороге попробую отвлечь охрану, там три парня, так что тебе придется постараться сбежать, но это все, что в моих силах. А, и еще, — доктор Цзи скорчил недовольную рожу, — передай полковнику, что когда я его встречу, то начищу морду. Или воткну ему в задницу шприц. Как пойдет. Запомнил?

  Лань Чжань оторопело кивнул. Возможно, стоило задать вопросы или действовать самому, но до прояснения ситуации Лань Чжань решил принять чужую помощь. Доктор Цзи явно действовал по чьей-то просьбе, и вряд ли здесь был замешан Сичэнь. Хотелось верить, что дядя еще не в курсе случившегося, хотя в любом случае Лань Чжаню все больше казалось, что в ближайшее время у него не будет шанса объясниться.

  На крыльце штаба действительно ждали трое в черных военных плащах. Самый старший смерил Лань Чжаня хмурым взглядом.

  — Наручники где?

  — Какие наручники, — огрызнулся доктор Цзи. Он прошел мимо, не останавливаясь, а Лань Чжань следовал за ним, так что солдатам пришлось подстроиться под широкий шаг.

  — Доктор...

  — Он не сбежит, — даже на ходу доктор Цзи умудрился закатить глаза, не к месту напомнив Цзян Чэна. — А если резко мутирует, наручники не помогут. Или вы боитесь, солдат?

  Ответа не последовало, и доктор Цзи громко фыркнул.

  День был в самом разгаре. Судя по всему, прошли сутки или, вероятно, чуть меньше: Лань Чжань помнил, что часы показывали два часа, когда он привез Вэй Ина на Северную базу. Он проспал так долго? И Сичэнь его не хватился? Или все-таки именно он обратился за помощью к доктору Цзи? Хотят тот говорил что-то о полковнике... В любом случае, если Сичэнь все еще не поднял город на уши — а он был на это способен, — значит, кто-то ему рассказал о случившемся. Или генерал-лейтенант лично просветил и посоветовал не вмешиваться? Мог ли Фу Шэнь угрожать Сичэню?

  Лань Чжань заставил себя успокоиться. Такие мысли сейчас не помогут, ему следовало не упустить момент для побега, но пока вокруг было слишком много людей. Они миновали небольшую площадь, где дети из Эдема под руководством воспитателя что-то рисовали. Прошли пару улиц, а затем доктор Цзи вдруг свернул направо, к лестнице, ведущей на мост. 

  — Доктор Цзи, — окликнул его один из солдат, — куда?..

  — В Маяк, куда еще. — Доктор Цзи махнул рукой в сторону оживленных улиц. — Там слишком много народу, а через мост мало кто ходит.

  — Но это будет крюк, — возразил тот же солдат. — Мы могли бы расчистить дорогу...

  Доктор Цзи демонстративно фыркнул. Он круто развернулся, шагнул вперед, встав так, что Лань Чжань оказался за его спиной. Рядом был узкий проулок между высокими домами, человек мог пройти лишь боком, но большего и не требовалось.

  — И что? — тем временем заговорил доктор Цзи, напирая на солдат. — Поднимете шум? Объявите всем, что мы ведем предателя или как его называете? 

  — Мы не...

  — Ну да, давайте! Привлечем внимание! Как вам такой расклад? Вы этого добиваетесь?

  Все тот же солдат поднял оружие, больше защищаясь, чем предупреждая. Остальные двое невольно попятились. Нарочно ли Фу Шэнь выделил неопытных мальчишек на охрану или доктор Цзи их выбирал? Будь здесь бывалые солдаты, они бы не обратили внимания на доктора Цзи, сосредоточившись на задаче, но эти дети вряд ли видели хотя бы одного мутанта вблизи. Они умели стрелять, Лань Чжань не сомневался, однако в такой ситуации оказались впервые и теперь не знали, как поступить. Доктор Цзи мог легко задавить их своим авторитетом, и кто знает, какие еще тайны он нес в своем теле после многочисленных экспериментов.

  Лань Чжань сделал шаг назад, потом еще один и еще. Доктор Цзи размахивал руками и наступал на солдат. Когда кто-то из них заметил, что происходит, Лань Чжань успел протиснуться в переулок. Он еще услышал окрик, но голос доктора Цзи заглушил все прочие звуки, кажется, он принялся распекать солдат за нерасторопность и тем самым задерживал еще сильнее.

  Переулок вывел на одну из оживленных улиц. Доктор Цзи не лукавил, когда говорил, что людей сегодня много — погода радовала теплом, и жители Северной базы старались урвать еще немного солнца. Лань Чжань сделал глубокий вдох и слился с толпой. Он ничем не выделялся, хотя во вчерашней одежде становилось не очень комфортно. И все же она помогала не выделяться — брюки цвета хаки да рубашка, обычный наряд наемника. В конце концов, прежде ему не приходилось находиться в бегах, поэтому сейчас он чувствовал себя странно — никто не знал, что происходит, никто не обращал на него внимания, хотя в любой момент, вероятно, могли появиться солдаты, и нужно было оставаться настороже.

  На втором перекрестке Лань Чжань замер, решая, куда идти. К брату или за стены? Сичэнь бы помог спрятаться, только если что-то пойдет не так, он тоже пострадает. Значит, в гаражи.

  Он добрался без проблем, и это пугало куда больше всего остального. Может, впереди устроили ловушку? Если задуматься, его действия было легко просчитать. Зачем поднимать шум, если можно эффективно разделить силы и дождаться, пока беглец сам придет в руки? Лань Чжань опять остановился, с сомнением глядя на открытые ворота. Он держался в тени ближайшего здания, откуда видел, как снуют внутри механики и наемники. Все выглядело привычным, но кто мог гарантировать, что солдаты не прячутся внутри?

  С другой стороны, выбора не было.

  Он вошел в гаражи, готовый сбежать в любой момент, однако никто не закричал, не потребовал сдаться или просто замереть на месте. Шу Линь нашлась неподалеку от машины: за низким столиком пила чай с механиками и над чем-то весело смеялась, когда Лань Чжань подошел ближе.

  — Шу Линь.

  Она едва не выронила кружку, в последний момент умудрилась поставить, не пролив ни капли, и уставилась на Лань Чжаня, как на привидение.

  — Ты откуда? Я думала, ты не придешь, раз...

  — Мне нужна машина.

  Шу Линь замолчала, затем поднялась, бросив извиняющий взгляд напарникам, и первой направилась к бронемашине.

  — Что-то случилось? — вполголоса спросила она, когда Лань Чжань выровнял шаг.

  Он качнул головой.

  Если никто в гаражах тоже не знает о произошедшем, это и к лучшему. Фу Шэнь не сможет предъявить Шу Линь обвинение в сотрудничестве с преступником.

  Они добрались до машины минуты за две, не больше, но именно в тот момент все пошло наперекосяк. Лань Чжань не думал, что способен на такое, но когда ему крикнули «Стоять!», и послышался звук возводимого затвора, тело действовало само по себе. Шу Линь хрипло вскрикнула: он прикрылся ей, как щитом, и сжал горло, показывая, что лучше не делать резких движений. Если бы дядя увидел, точно бы схватился за сердце.

  Отряд солдат держал его на мушке. Шу Линь едва ощутимо дрожала под рукой, а потом вдруг перестала, только сглотнула шумно. Она подалась немного назад, прижимая Лань Чжаня к машине.

  К дверце.

  Эта девочка...

  — Парень, не глупи, — наконец опомнились наемники. — Отпусти ее.

  — Я отпущу, как только вы откроете ворота. — Лань Чжань не глядя дернул ручку. Ключи всегда были в замке зажигания на экстренный случай, но ворота проломить не выйдет, да и места для разгона мало.

  Будь здесь Вэй Ин, он бы придумал куда лучший план. Или просто бросился бы в драку.

  Вэй Ин.

  Лань Чжань тихо выдохнул, когда ворота начали открываться. Солдаты не опускали оружие, но и не стремились напасть, как будто хотели вынудить его покинуть Северную базу. Дядя расстроится. Разозлится тоже, но больше расстроится, как и Сичэнь.

  Только Лань Чжань уже ничего не мог поделать, он сделал свой выбор тринадцать лет назад, хотя не собирался отрекаться от семьи. Если сможет вернуться и встретиться с ними или хотя бы появится шанс связаться, то так и поступит, но сейчас в первую очередь следовало покинуть город.

  И отыскать Вэй Ина.

  Минуты, когда он оттолкнул Шу Линь и захлопнул дверь машины, чтобы на полной скорости вырваться из гаража, остались в памяти смазанным пятном. Он никогда не делал ничего подобного. Угрожать человеку оружием? Взять женщину в заложники? Угнать бронемашину? Вэй Ин бы рассмеялся, Лань Чжань слышал как наяву его смех и откуда-то знал, что тот не будет осуждать. 

  — В тебе столько сюрпризов, Лань Чжань! — сказал бы Вэй Ин и улыбнулся.

  Лань Чжань бы его поцеловал после этого, держал бы в руках такого живого, смеющегося, шального.

  Он стиснул руль и тряхнул головой. Не время отвлекаться, нужно добраться до Вторых равнин и отыскать Вэй Ина. Хорошо, если кролики помогут, но если нет? Если Вэй Ин оставил их? С него бы сталось придумать какой-нибудь безумный план.

  Если он...

  Когда выскочила вторая бронемашина, Лань Чжань не заметил, только вывернул в последнее мгновение руль, чтобы избежать столкновения, и нажал на газ. Его догнали без проблем, пристроились по левую руку. Лань Чжань бы рванул вперед, но стекло машины внезапно опустилось, и незнакомый ему молодой человек приветливо улыбнулся, помахав рукой. Он что-то сказал, пришлось тоже открыть окно. Тут же в машину ворвался сухой воздух и поднятая колесами пыль, загудели негромко фильтры, втягивая песок.

  Парень все еще улыбался.

  — За нами, — крикнул он и махнул рукой в сторону Бездны.

  Их машина, взвизгнув шинами, сорвалась с места. Парень еще вскрикнул, откинувшись назад, а потом окно закрылось. 

  Это... могла быть ловушка? Лань Чжань пристроился за ними чуть поодаль, оставляя место для разворота, если понадобится. Он не знал этого человека, видел в первый раз в жизни. Среди наемников точно не встречал, может ли он быть из института Хайленда? Но как оказался здесь, как узнал, кого нужно встречать и когда?

  Мог ли Вэй Ин?..

  Они пересекли высохшее русло реки — естественную границу, разделяющую Вторые равнины и Бездну. Но вместо того, чтобы ехать по знакомой дороге, машина незнакомцев резко свернула налево, к видневшимся вдалеке высоким раскидистым деревьям. Лань Чжань помнил их: эти деревья сожрали немало живности и приобрели звериные черты и повадки, так что от них стоило держаться подальше. Водитель впереди идущей машины как будто не знал об этом или, может, был куда более опытен в обращении с тварями Бездны, потому что останавливаться не собирался. Лань Чжань следовал за ним, все еще готовый в любой момент свернуть.

  Он резко затормозил, когда под колеса что-то метнулось. Первая машина тоже остановилась, и незнакомый парень сразу выскочил наружу. Лань Чжань как раз открыл дверь, чтобы услышать горестное восклицание:

  — Кролики!

  В тот же миг, будто слово оказалось паролем, появились те, кто прятался за деревьями. Они выступили из-за широких стволов как ни в чем не бывало: две девушки, двое мужчин. Только один среди них точно был человеком — высокий мужчина с вьющимися черными волосами, кареглазый, он держал на руках белого рогатого крольчонка и не давал ему забраться под куртку.

  Рядом шел высокий разнородный, его темные волосы были собраны в хвост, а за плечами вздымались черные крылья. Лань Чжань машинально подался вперед, хотя видел — не Вэй Ин, кто-то другой, тоже крылатый. Но тогда где?..

  — Лань Чжань!

  Он вскинул голову так, что щелкнули позвонки, но это было не важно. Все было неважно, потому что с неба падал Вэй Ин. Его крылья затмили солнце, а красная лента в растрепавшихся волосах держалась на честном слове и билась яркой волной на лету. Лань Чжань протянул руки; он не устоял на ногах, когда Вэй Ин рухнул в его объятия. Они вместе свалились на жесткую траву, и понадобилось несколько секунд, прежде чем вновь получилось сделать вдох.

  — Лань Чжань! — Вэй Ин уперся в землю ладонями по обе стороны от него, чуть приподнялся, обеспокоенно вглядываясь. — Лань Чжань, ты в порядке? Лань Чжань? Лань Чжань?

  — Вэй Ин.

  Хотелось успокоить, но получилось больше нежно, практически ласково. Лань Чжань не удержался, он шумно втянул запах Вэй Ина, прижался носом к его загорелой обнаженной шее, все еще продолжая обнимать.

  Вэй Ин как-то странно вздохнул над ухом и опустился весь, полностью, растянулся поверх, приятно тяжелый. Он пах солнцем, ветром, немного землей, но больше всего — свободой. Лань Чжань прижал его к себе; он помнил, что где-то под деревьями стояли другие люди, что на них сейчас смотрят все, но какая разница, если Вэй Ин был в его объятиях, цеплялся за плечи, точно не верил, что они снова вместе.

  Лань Чжань и сам не верил до конца. Он коснулся губами теплой кожи просто затем, чтобы почувствовать, а получил тонкий протяжный звук — то ли стон, то ли возглас — и крупную дрожь.

  — Лань Чжань.

  Дыхание обожгло ухо, а в следующее мгновение Вэй Ина вырвали из объятий. Лань Чжаню показалось, что его лишили воздуха, что он сейчас умрет, задохнется — он должен, должен держать Вэй Ина! Он вскочил с утробным рыком, готовый драться, и едва вновь не упал, когда девушка пихнула Вэй Ина в его сторону.

  — Секс потом, — насмешливо бросила она.

  Лань Чжаню потребовалась вся сила воли, чтобы не смутиться под веселым взглядом. Вместо этого он машинально отметил многочисленные синие и белые бутоны на коже девушки. Цветы прорастали из нее, они росли и в коротко обрезанных волосах, а лоб обвивали терновым венцом шипастые лианы. Впрочем, судя по всему, они не причиняли девушки неудобства.

  — Фу-Фу, ну зачем, — вторая девушка, с ног до головы покрытая змеиной чешуей, смешно наморщила нос, — могло быть такое представление!

  — Чу-Чу! — Вэй Ин завертелся в объятиях, и Лань Чжань с сожалением отпустил его, позволив ускользнуть. 

  Чу-Чу показала язык. Вэй Ин шутливо потянулся отвесить ей подзатыльник. Это выглядело так обыденно, что сразу становилось ясно — они знали друг друга давно и подобное поведение вошло в привычку. 

  — Балаган.

  Лань Чжань обернулся к чужой машине в тот момент, когда водитель захлопнул дверь. Это был мужчина, возможно, ровесник Сичэня, но с куда более резкими чертами лица. И глаза — Лань Чжань не мог припомнить, чтобы прежде видел такой цвет: трава подо льдом. Взгляд мужчины был холодным, и что-то в его облике... Лань Чжань не мог подобрать слов, но если бы его спросили, наверное, сказал бы, что этот мужчина умел убивать. Он был военным, определенно, скорее всего, даже занимал высокий пост.

  Вспомнились слова доктора Цзи о полковнике.

  Полковник?

  Лу Фэн?

  Похоже, он произнес имя вслух, потому что мужчина вопросительно приподнял бровь.

  — Да?

  — Доктор Цзи... — Лань Чжань заколебался. Точно стоило передавать это странное, явно сказанное в раздражении послание?

  — Пообещал набить мне морду? — невозмутимо спросил Лу Фэн. Дождавшись кивка, он пожал плечами. — Ничего нового.

  — На самом деле, они лучшие друзья. — Громкий шепот со стороны заставил Лань Чжаня вздрогнуть. Он совершенно упустил из виду того незнакомого парня, который был вместе с Лу Фэном. Парень доброжелательно улыбался. Он выглядел... хрупким, но вместе с этим нельзя было не заметить его внутреннюю силу. Вряд ли бы он сломался или сдался перед лицом проблем. Скорее наоборот, проблемы бы предпочли обойти его стороной.

  — Лучшие друзья?

  На этот раз со стороны Лу Фэна донеслось фырканье, а парень весело хмыкнул.

  — Они всегда так общаются, но, честно говоря, мне это кажется странным. Прошло столько лет, а я все равно не до конца понимаю людей.

  Разнородный? Парень выглядел, как обычный человек, и все-таки, похоже, перестал им быть. Он тоже контролировал мутацию, или в его случае изменения проявлялись в другом? Лань Чжань знал об этом так мало, что сейчас почувствовал странную досаду. Если Вэй Ину понадобится помощь, что тогда?

  — Ань Чжэ.

  — Что? — Лань Чжань моргнул.

  Парень снова улыбнулся.

  — Меня зовут Ань Чжэ. Вэй Ин попросил тебе помочь, и вот мы здесь. Ты не пострадал?

  — Если бы Фу Шэнь хотел, чтобы ребенок семьи Лань пострадал, не отпустил бы его так просто. — Лу Фэн подошел ближе. Небрежным движением он набросил на плечи Ань Чжэ свой плащ, а затем внимательно посмотрел на Лань Чжаня. — Генерал-лейтенант не дурак, и захоти он удержать тебя, запер бы тщательнее. Но если вышло сбежать, значит, уже решил позволить уйти. 

  Сразу вспомнились солдаты в гараже, которые скорее подгоняли, чем пытались арестовать. Вероятно, Лу Фэн был прав, но зачем тогда отпустил?..

  Лань Чжань резко обернулся в ту сторону, где оставалась Северная база. Могли ему вколоть следящее устройство?

  — Он не посмеет, — невозмутимо заметил Лу Фэн. — Я здесь.

  — Лань Чжань!

  Вэй Ин, оставшийся в стороне, наконец подскочил ближе, обеспокоенно всмотрелся в его лицо, но, видимо, ничего не увидел и заметно расслабился. Лань Чжань машинально положил руку ему на талию, подтягивая ближе. Через пару секунд заметил, как потеплел взгляд Лу Фэна, но тот промолчал, поправил только плащ на плечах Ань Чжэ и кивнул на крольчат.

  — Вряд ли Фу Шэнь решится на обстрел, пока я здесь. Большинство считают меня мертвым, хотя скрываться от главы Северной базы странно и не имеет смысла.

  — По крайней мере, мы на это надеемся. — К ним подошел черноволосый человек. — Капитан Хаббард.

  — Наемник-призрак. — Лань Чжань перевел взгляд на его спутника. Эту историю он знал, конечно, только не вспомнил вовремя и не соотнес с тем, что рассказывали среди наемников. Капитан Хаббард и его заместитель, друг детства Тан Лань, который долгое время считался мертвым. Они оба исчезли после того, как прозвонил Колокол, но наемники впоследствии не раз и не два рассказывали о странной бронемашине и двух мужчинах, один из которых умел летать.

  Наемники-призраки.

  Тан Лань хохотнул на это прозвище, но лицо капитана Хаббарда не изменилось ни на миг. И все же Лань Чжань негромко извинился: могло статься, подобное прозвище не пришлось ему по душе.

  Подошли ближе обе девушки — Фу-Фу и Чу-Чу. Только сейчас стало понятно, что они сестры, в измененных мутациями лицах угадывались схожие черты. Шесть... шесть человек. И Вэй Ин. Лань Чжань посмотрел вниз на подобравшегося крольчонка — и улыбнулся.

  Вместе они могли что-то изменить.

•| ━━━━━━━❪✇❫━━━━━━━ |•

  Капитан Хаббард развел костер, теперь они сидели вокруг, а поодаль возвышалась белой тенью крольчиха и, жуя отломанную ветку, пристально следила за своим выводком. Крольчата бесстрашно исследовали деревья, то и дело забирались к кому-нибудь на колени, тянулись к лицам или норовили заползти под плащи.

  Лань Чжань смотрел на происходящее и не мог понять, что именно сейчас испытывает. Эмоции от побега и встречи схлынули, вернув привычное равновесие, но не отпускало ощущение, что это все сон. Мама рассказывала им с Сичэнем, как раньше, еще в прошлом веке, когда магнитные полюса Земли существовали сами по себе, люди ходили в походы, устраивали пикники. Они выбирались на природу, ставили палатки и допоздна точно так же сидели около костра.

  Возможно, он до сих пор в тюрьме, и ему это снится?

  — Лань Чжань.

  Он обернулся, сразу натолкнувшись на теплый взгляд Вэй Ина. На его улыбку, горящую ярче, чем пламя. Он поддался желанию — провел пальцами по губам, желая присвоить улыбку себе через касание, и Вэй Ин не отпрянул, только аккуратно перехватил запястье и поцеловал подушечку каждого пальца.

  — Лань Чжань.

  — Это не сон.

  Кажется, прозвучало неуверенно, потому что Вэй Ин покачал головой. Он обвел рукой костер, кроликов, людей — все, что выглядело ненастоящим.

  — Мы здесь, видишь? Это все благодаря тебе.

  Стыд уколол Лань Чжаня, ведь на самом деле все обстояло наоборот. Он не сделал ровным счетом ничего, привел Вэй Ина в ловушку, может, накликал беду на семью, на Шу Линь. Он создал столько проблем, а Вэй Ин все равно сидел рядом и улыбался, хотя в глазах улыбки не было.

  — Лань Чжань, — Вэй Ин положил ладони ему на щеки и ласково погладил скулы большими пальцами. — Лань Чжань, ну что ты? Я же говорю правду.

  — Я подставил тебя под удар.

  — Я сам согласился, а ты сдержал слово. — Вэй Ин коснулся губами его переносицы. — Ну же, Лань Чжань, — шепотом позвал он, прижался лбом ко лбу, заглядывая в глаза, — ты нашел меня, понимаешь? Если бы не нашел, я бы сам решил защищать кроликов и, наверное, умер бы, глупо и бесполезно.

  Нет.

  Ни за что.

  Лань Чжань стиснул его талию, потянул на себя, но не сдвинулся с места, чтобы не разорвать взгляд. Он не хотел думать о таком исходе, он не мог его представить, он уже однажды потерял Вэй Ина и не пережил бы подобное второй раз.

  — Никто не посмеет причинить тебе боль, — голос охрип, так что звуки напоминали скорее рычание. — Никто.

  Вэй Ин тихо рассмеялся и поочередно поцеловал скулы. У него были теплые губы, отчего места поцелуев горели, но Лань Чжань не шевелился, даруя свободу действий.

  — Никто, — тихо согласился Вэй Ин. — Потому что ты нашел меня, я решил позвать на помощь. Я не могу позволить, чтобы меня ранили, чтобы ранили тебя, Лань Чжань.

  — Да. Мы оба должны быть здоровы и целы. Вместе.

  — Да.

  Снова поцелуй, на этот раз пришлось закинуть голову, позволить Вэй Ину прижаться губами к шее, где частил пульс. Он так и не убрал руки со щек, держал Лань Чжаня, не позволял ему сорваться и упасть в жадную бездну, которая требовала подмять, присвоить, заклеймить. Лань Чжань знал, что так будет, просто не здесь, не сейчас, и только когда Вэй Ин сам протянет руку.

  Он не заметил, когда вместо ладоней кожи коснулись жесткие подушечки. Скулы царапнули острые когти, стало щекотно от шерсти. Вэй Ин, преобразившись, не до конца раскрыл крылья, как будто прячась от всего мира, но готовый в этот мир сразу вернуться, если его сейчас отвергнут.

  Лань Чжань улыбнулся и взял в ладони лапы, покачал их, погладил острые когти. Подушечки были шероховатыми, а когти несли смерть, и все же они не могли причинить вред, не ему, Вэй Ин никогда не сделает ему больно. Лань Чжань обхватил их пальцами и, потянувшись вперед, поцеловал Вэй Ина, отвечая на все его невысказанные вопросы.

  Ответ всегда был один.

  «Вэй Ин».

•| ━━━━━━━❪✇❫━━━━━━━ |•

  Когда впереди показалась Северная база, Вэй Ин последовал за Тан Ланем в небо. Они кружили над кроликами черными птицами, высматривая опасность. Лань Чжань ехал третьим замыкающим в их короткой цепочке машин, Чу-Чу и Фу-Фу шли впереди стаи и периодически ловили любопытных крольчат, пытавшихся свернуть в сторону города.

  Северная база с одной стороны ощетинилась оружием, пулеметы были видны невооруженным глазом. И люди, много людей стояли живой цепью, но приказа об атаке не поступало. Лань Чжань неспешно следовал за машиной Хаббарда. Он видел, как бронеавтомобиль Лу Фэна свернул в сторону солдат, как остановился, не проехав и половины пути.

  Что-то стукнуло по крыше, Лань Чжань сбросил скорость и открыл окно с пассажирской стороны. Вэй Ин скользнул внутрь, на ходу возвращая человеческий облик, но отряхнулся, как кошка после купания. И тут же сунулся к водительскому окну.

  — Лу Фэн выходит, — с каким-то радостным изумлением сообщил он.

  Лу Фэн действительно вышел. Он с утра облачился в военную форму, черное с серебром делало его моложе и опаснее, а знакомый судейский пистолет казался продолжением руки. Лань Чжаню стало немного не по себе, когда он подумал, что этот человек имел право убивать без суда и следствия, но Ань Чжэ — хрупкий и сильный Ань Чжэ — коснулся военной формы с непонятным выражением лица, как будто вспомнил что-то одновременно печальное и радостное.

  — Не останавливайся, — донеслось из рации. Лань Чжань прибавил скорости: Хаббард и правда успел вырваться вперед, а им следовало охранять кроликов.

  Последнее, что они заметили — как из машины вышел Ань Чжэ и встал плечом к плечу с Лу Фэном. Вэй Ин проводил их странным взглядом, хмыкнул, а потом растянулся на сиденье, закинув руки за голову. Голые колени вызывали желание их потрогать, так что Лань Чжань сосредоточился на вождении.

  — Что ты планируешь дальше? — спросил Вэй Ин.

  — А ты?

  — Я первый спросил! — возмутился тот и рассмеялся. — Не знаю. Сначала вернусь в институт Хайленда, я обещал проводить Фу-Фу и Чу-Чу, а потом... пока погода позволяет, можно дальше исследовать Бездну. Я жил там тринадцать лет, но так и не изучил до конца.

  Лань Чжань чуть склонил голову, обдумывая этот план, и медленно кивнул.

  — Из института Хайленда можно связаться с Маяком?

  Вэй Ин бросил на него подозрительный взгляд, который медленно наполнился нежностью.

  — Можно. Но разве ты не собираешься домой?

  Домой? Он хотел бы встретиться с Сичэнем и дядей, это правда, но Северная база перестала быть для него домой. Лань Чжань был уверен, что еще вернется, просто немного позже, а пока хватит и разговора. 

  Вэй Ин подобрался ближе и положил олову на плечо, но так, чтобы не мешать рулить.

  — Я правда буду не против, если сейчас ты отправишься домой, — тихо заметил он. — Я подожду тебя в институте. В конце концов, ты ждал меня так долго, я потерплю, сколько понадобится.

  Лань Чжань, не отрываясь от дороги, поцеловал его в нагретую солнцем макушку и улыбнулся.

  — Мой дом — это ты, — просто ответил он. — Больше никакого ожидания.